Проект особого значения

Но когда он засыпал, нет-нет да и всплывало перед ним тело Ксении, лежащее ничком в развороченных внутренностях чужого дома, режущее жутким плавником реальность на два шмата: жизнь и смерть. Тогда он начинал ворочаться и стонать, и Ксения обнимала его своими горячими руками, шептала в ухо что-то на незнакомом языке. Он не понимал, но слова, по-птичьи легкие, успокаивали, отправляли лодку его сна в спокойные воды.

Вот и сейчас, прижимая к себе ее горячее тело, он чувствовал покой.

– Она называется КТНА-1с, или Тланч-Атуа-Леле, или… – Ксения высвистела короткую мелодичную фразу.

– Почему столько названий? – сонно спросил Гена.

– Ну индекс ей дали люди, а названия – аборигены.

Сон отпрянул, Петров привстал на локте:

– Погоди, погоди, какие аборигены? Ты хочешь сказать, она обитаема? Этого не может быть. Если бы мы нашли обитаемую планету – это было бы сенсацией, визоры трубили бы с утра до вечера. Это ж цивилизационный поворот! Ты смеешься надо мной, – он почувствовал досаду, – ты и твоя жестянка вечно прикалываетесь надо мной.

Ксения притянула его к себе, поцеловала в губы:

– Я не прикалываюсь. Это правда. На планете живут две расы. Они постоянно воюют. И скоро довоюются до полного взаимоистребления.

Петров уселся на койке:

– Джо, ты тут, жестяной вуайерист?

– Нет, я ушел в кино, – тут же откликнулся корабль.

– Джо, открой Атлас фронира и найди КТНА-1с.

– Не буду.

К необязательности и возражениям грузовика Гена уже привык, но все же спросил, почему, собственно, Джо отказывается.

И тот ответил, что незачем, такой планеты там не найти.

– Ну, что я говорил?! Дурите меня. Вот обижусь и уйду спать на камбуз.

Джо хохотнул, даже это у него получалось почти по-человечески:

– Не дурим. Планеты нет в Атласе. Но она есть.

Объяснение Джо выглядело фантастично, как в романах. На планете жили две расы, воевавшие друг с другом с самого момента осознания себя. Поэтому в техническом плане они не продвинулись дальше копья с бронзовым наконечником.

Зато владели им, а еще мечом, палицей, боевым серпом и другой мачистской атрибутикой виртуозно. Раса темнокожих голубоглазых атлетов называла свой мир Тланч-Атуа-Леле, что значило Страна настоящих людей. Поклонялись они крылатой богине, призванной хранить их мир от всяких там. Вторая раса, та, которую первая за настоящих людей не считала, состояла из коренастых крепышей с кожей красной, как закатное солнце.