Чёрная Тишина

Ваня, сдвинув брови, регулирует на нём какие?то рычажки и кнопки.

Словно в подтверждение слов старика к их столику подходит официантка. Она устало переводит взгляды с двух мужчин в чёрном на мой бокал. Потом на меня. Потом на прибор на столе. Потом снова на меня.

– Ещё? – спрашивает она.

Я допиваю остатки в своём бокале и киваю, показывая этим дознавателям, что не боюсь их и никуда не собираюсь.

– А друзья твои чего? Посмотреть пришли?

– А у вас водка какая? – с интересом оживлённо спрашивает седой.

Медвежонок с интересом наблюдает за Теневой Астролябией и, устало ревя, зевает.

Прибор раскручивается всё быстрее и, рассекая воздух, начинает пронзительно свистеть, выпуская пар.

Официантка смотрит прямо на волшебный прибор. Потом на меня. Потом переводя усталый взгляд на седого, отвечает ему:

– Обычная.

– А мне тогда пива. Бархатное есть?

– Есть.

– А мне, – неуверенно начинает Иван, но его тут же перебивает старик.

– А Ваня будет лимонад. Ваня за рулём.

– За рулём? – удивляется Иван, широко раскрыв глаза.

Впервые за всё время он проявляет хоть какие?то человеческие эмоции.

– За рулём, за рулём, – похлопывает его по плечу старик и обращается ко мне: – Ты не серчай. Нам просто проверить кое?что надо. Да и тебя заодно.

Немного задержавшись напоследок на парящем над столом приборе, уставший взгляд официантки быстро скользнул по блокноту, и она отправилась дальше вдоль столиков собирать заказы и пустые бокалы.

– Теневая Астролябия, – продолжает Иван, закончив настройку, – показывает тварей всяких, которых здесь быть не должно.

Ну, которые в наш мир лазейку нашли. Встречал таких когда?

Чёрт его знает о чём он. На мгновение показалось, что, может, они и не дознаватели никакие. Зря удостоверения?то их не посмотрел, а сейчас уж и неловко как?то спрашивать. Молчу. Усатый продолжает. Думает меня запугать. Кажется, у него получается.

– Они тоже, как этот прибор, одновременно и волшебные и нет. Только вот не место им, тварям этим, в мире нашем.

И пока они тут находятся – пожирают его. Жизнь из него высасывают.

Астролябия раскручивается всё сильнее: лампочки мерцают, бегут шестерёнки, местами из неё вырываются клубы пара, которые пахнут самым обычным волшебством.

– Мы?то таких раньше легко находили. Они хоть и безмозглые, только вот всё равно помирать не хотят, – Иван неожиданно выпускает смешок из своих усов. – Прям, как ты. Но они начали прятаться от нас. Брат наш волшебный по вкусу им пришёлся.