Потерянные люди

Её компания, уже успев насладиться общением с ней, решила, что она перебрала шампанского настолько, что не в состоянии даже делать вид, что она в порядке.

«Зачем ты пытаешься с ними подружиться?»

– Не, не, не, – поспешно замахала руками Кин и поняла, что выглядит так, как будто она совсем пьяна. – Немного неправильно. Если бы человек спросил синтетика: сколько будет один плюс один? Что бы тот ответил?

– Два-а-а! – радостно прозвучало откуда-то издалека повеселевшим от шампанского голосом.

– Да, да.

Ответил бы именно так, но только человеку, потому как если синтетик спрашивает синтетика, сколько будет один плюс один, то в ответ получит…

Вопросительная интонация Кин повисла в воздухе.

– Де-е-сять! – затянул всё тот же весёлый голос с галёрки.

– Да, спасибо. Один. Ноль. Двоичный код.

– Что вы пытаетесь этим сказать? – спросила пожилая дама с длинным мундштуком.

– А то, что человек мыслит определёнными понятиями и пытается подогнать под свои понятия созданные им машины.

Хотя эти машины и созданы по образу и подобию, они абсолютно другой вид и оперируют другими нормами. И получается, что машина отвечает нам «два» вне зависимости от того, сильная она или слабая, не потому, что думает, что этот ответ правильный, а потому, что человек ожидает от неё правильного и думает, что он правильный. Машина делает всё, чтобы мы её понимали, вне зависимости от того, как она видит мир и что о нём думает…

Все на несколько секунд замолчали, пытаясь понять, что имела в виду «новенькая», и как по команде в один момент разразились комментариями.

– Ну да, ну да, – с умным видом одобрительно закивал какой-то толстячок.

– О чём это она? – спросила дама с мундштуком у своего щуплого соседа, испуганно пожавшего плечами и завертевшего глазами.

– Звучит как-то грустно, – сказала молодая девушка, очевидно сопровождающая одного из мужчин с глубокими карманами.

– Ваш ход мысли… – начал один из стариков с тростью, вызвав полную тишину, – …иначе как диссидентским не назовёшь.

– Ну, да-а… – негодующе начал толстячок, решивший быстро поправить своё положение, но прервался под взглядом мужчины с тростью.

– Диссиденты. Нонконформисты. Сегрегация. Очередные ярлыки, созданные человеком для упрощения восприятия окружающей действительности, – вмешался высокий мужчина с бритой головой и золотыми кольцами в ушах.

– Ты? – удивилась Кин.

– Куда делась так горячо любимая нами свобода слова? – продолжил Вартхайнер.