Бандит с Черных Холмов

Неужели лев подстриг когти и вырвал себе зубы?

– Я полностью изменился, – подтвердил Герцог.

– Хочу в это верить. Ты собираешься вернуться на ранчо Картера?

– Сначала мне хотелось бы повидаться с Линдой, – ответил бывший заключенный и улыбнулся. – Да, с Линдой. И она скажет, что мне делать дальше.

Шериф почему-то потер челюсть.

– Ты все еще любишь эту девушку?

– Конечно! – Герцог вдруг вскочил со стула, его голос изменился. – Почему вы спрашиваете об этом?

– Да так, – прошептал старик, будто ему под нос сунули дуло пистолета, – просто так… Мне кажется…

– Приятель, – беззаботность Герцога как рукой сняло, его лицо побледнело от нахлынувших эмоций, – вы ведь хотите мне что-то сказать!

– Ничего, Герцог, – вздохнул несчастный хозяин, терзаемый одновременно жалостью и страхом.

– Нет, вы уж скажите, шериф!

– Ты слишком долго отсутствовал, Герцог.

– И она вышла замуж за другого?!

– Не совсем.

– Значит, обручилась?

Онион кивнул, и Герцог сделал шаг назад, в тень возле стены.

Шериф не смог понять, что оказалось более страшным для этого человека – разочарование и жестокий удар по любящему сердцу или же пытка уязвленного тщеславия. Но когда парень опять подошел к столу, по его лицу стало видно, что он полностью себя контролирует. На его губах снова играла привычная, наполовину циничная, наполовину презрительная улыбка.

– Я должен был это знать. Девушка не может скучать целых три года. Кто же ее будущий муж?

Мягкий, успокаивающий голос Герцога не смог скрыть от шерифа надвигающейся опасности.

– А какая разница? Никто не пытался вонзить тебе нож в спину.

– Никто?

Это растянутое короткое слово заставило Ониона содрогнуться, словно кто-то бросил ему за шиворот добрый кусок льда.

– Так уж получилось. Время сильно меняет молоденьких девушек, Герцог. Кроме того…

– Кроме того, ей вряд ли стоит связывать свою жизнь с тюремной пташкой.

– Этого я не сказал.

– Значит, я прочитал ваши мысли! Итак, кто этот мужчина?

– Герцог, надеюсь, ты не собираешься начать охотиться за ним?

– Чтобы снова вернуться в тюрьму? – Парень странно и невесело рассмеялся.

 – Я не дурак. С этого момента буду делать только то, что не противоречит закону. О, с меня хватит одного урока! Но я любопытен. Кому же досталась милашка Линда Мюррей?

«Милашка Линда Мюррей» доказывало, что за последние десять секунд Герцог навсегда выбросил из головы все мысли об этой девушке, по крайней мере – связанные с нею надежды.