Игрок

Потом достал портсигар, длинный, тонкий, из чистого золота, с затейливой монограммой, и открыл его, тщательно выбрав сигарету и закурив под новый взрыв смеха.

Дело в том, что юные бандиты уже курили, но они довольствовались самокрутками, и фабричные сигареты рассматривали как показатель слабости, достойной всяческого презрения, каковое они и выказали Коркорану посредством пронзительных криков и улюлюканья. Тот же по-прежнему спокойно смотрел на эту орущую толпу, а потом махнул рукой и улыбнулся.

Крики стихли. В полном соответствии с полученным воспитанием ребята ожидали, что он вот-вот набросится на них с хлыстом; они были готовы к тому, что он накинет на кого-то веревку и стащит с дерева. Капитуляция незнакомца, его кроткий отказ от борьбы нанесли сокрушительный удар: мальчишки с удивлением посматривали друг на друга, и смех мало-помалу утих. Когда они увидели, что незнакомец не ругается и не грозит им страшными карами, что в ответ на их насмешки он только улыбается, их настроение начало меняться.

Больше всего на свете мальчишкам импонирует что-то новенькое, – не считая, разумеется, того, что вызывает их искреннее уважение, и того, чем они могут безусловно восхищаться. В Сан-Пабло они ни с чем подобным еще не встречались. Это было непредвиденное явление, к тому же еще и весьма удивительное. Ибо перед ними оказался человек, которого ни его одежда, ни необычное седло, ни даже фабричные сигареты не сделали смешным.

И тут Коркоран обратился к собравшимся мальчишкам:

– Хотел бы я знать, не может ли кто-нибудь из вас дать мне кое-какую информацию?

– Чтоб я сдох, он разговаривает, как училка! – высказался один из ребят.

– Заткнись! – остановил другой. – Тебе что, не нравится, что он такой вежливый?

– Конечно можем, мистер, – ответил третий. – Говорите, что вы хотите узнать.

– Я ищу одного молодого человека, насколько я понимаю, он находится в Сан-Пабло.

Наступило напряженное молчание.

– У меня для него хорошие новости, – продолжал Коркоран. – Если вы поможете мне его найти, я буду вам бесконечно обязан.

– А как его зовут?

– Вилли Керн.

По рядам парнишек прокатился стон. Один из них, постарше других приятелей, выступил вперед. Это был неуклюже большерукий и большеногий подросток; он встал перед Коркораном, засунув большой палец за подтяжки, поддерживающие на нем штаны.