Игрок

Пять минут назад он находился в бурлящей сердцевине города золотоискателей, теперь же перед ним оказалась старая сонная Мексика!

Узкие слепые переулки вились в густой тьме, лишь кое-где над дверью или воротами тускло светился фонарь. Навстречу попадались люди, вышедшие прогуляться по вечерней прохладе, – сеньориты в своих белых или же черных мантильях, солидные пожилые господа со своими женами; все они гуляли, поглядывая время от времени на небо, чтобы полюбоваться яркими звездами. Иногда до его слуха долетало журчание воды, которая струилась из вертушек на зеленые лужайки.

Порой его ноздри улавливали чуть пикантный аромат из розария. Даже сам рокот главной улицы, доносившийся издалека, как бы сливался с тишиной, делая ее более ощутимой. Все это действовало на Коркорана успокаивающе. Он говорил себе то, что нередко повторял и раньше: он только сорвет свой куш и сразу же удалится на покой, подальше от жизненной суеты. Довольно ему плавать в бурных стремительных потоках, пора бы найти тихую заводь.

Он вернулся в отель. Комната его преобразилась. На столике возле окна стоял букет – целая копна желтых и красных цветов, наполняющих коричневую глиняную вазу. Он сел возле, вдыхая их аромат и глядя сквозь открытое окно на улицу. Большая керосиновая лампа перед отелем отбрасывала широкий круг света, захватывая фасад стоящего напротив дома, так что его белые стены как бы смотрели прямо на отель. В этом кругу вилась пыль, поднимаемая колесами экипажей, которые сновали взад-вперед по улице, или вздымавшаяся из-под копыт проносящихся мимо скакунов.

А тротуар заполнила настоящая европейская толпа людей, спешивших сквозь густую пыль по своим делам.

Все они были здесь. Лица, которые он так часто встречал: болтливые субъекты со скошенными подбородками; свиноподобные толстяки, что буквально роют рылом землю в погоне за деньгами; нервные худосочные юноши, которым просто на роду написано гоняться за радугой в расчете на то, что на ней можно найти мешки золота; там слонялись негодяи с наглым взглядом, которые явились в город в поисках, во-первых, развлечений, а во-вторых – золота; важные мужи с квадратными подбородками, которые мало говорят и делают большие дела; благодушные добряки, которые постоянно улыбаются, как при удаче, так и тогда, когда им не везет.

Коркоран рассматривал их, словно листая увлекательнейшую книгу. Он забыл благоразумное решение, которое принял в тихих переулках; он снова находился на главной улице.