Одиночка Джек

Что он придумает еще, трудно сказать.

Дэвид пожал плечами.

– Ты помнишь, – спросил он, – как он зачем-то стремился к тому большому пассажирскому пароходу, который шел по Ист-Ривер?

– Конечно, помню.

– Ну вот, я думаю, что он и сейчас не успокоится, пока не заполучит Команча. Но, скажи, Энди, каков все-таки негодяй! Мы выудили его из реки и буквально спасли его шкуру. А он явился опять и пытается обокрасть тебя, своего спасителя!

Больше они в тот день не говорили об Одиночке Джеке Димзе, но предупредили охрану, что человек, который охотится за волкодавом, отъявленный бандит.

И надо стеречь собаку с утроенной бдительностью.

А поезд между тем стрелой мчался на юго-запад. И вот в один прекрасный день они прибыли на конечную станцию. Теперь братьям уже не было нужды смотреть через окно поезда на бурые пустоши, временами затеняемые пыльными смерчами. Они стояли под открытым бледно-голубым жарким небом. Подкатила повозка, в которую они и забрались. Их багаж погрузили в более просторный фургон, и, привязав за сиденьем Команча, они двинулись к ранчо Эпперли.

Бронзовокожий ковбой на пегой лошади легкой трусцой скакал рядом с повозкой.

– Что слышно, Джо? – спросил Эндрю Эпперли.

– Зависит от того, что вы хотите услышать, – ответил тот.

– Давай сперва плохие новости. Как насчет Шодресса?

– Шодресс? Ведет себя тихо как мышка. Вот только три недели назад его ребята угнали одиннадцать сотен голов из Дингла.

– Одиннадцать сотен, говоришь?

– Точно. Они собрались всей шайкой, убили Кристи Бэрра и старого Льюиса.

Они подстрелили Лефти и Смита. А после некому было даже проследить, куда они отправились. Они попросту исчезли. Многие из нас пытались выйти на их след. Да куда там! Мы не смогли обнаружить ни следа копыта от целого стада, нашли только одну старую корову, которую задрали волки и уже наполовину обгрызли. Вы же знаете, Шодресс свои дела всегда обделывает аккуратно.

Хозяин ранчо слушал эту историю с бесстрастным лицом. Но его брат тревожно переспросил:

– Погоди-ка, Эндрю! Одиннадцать сотен голов по двадцать долларов за голову…

– По тридцать пять, если быть точным.

– Но, Энди, это около сорока тысяч долларов убытка…

– Вот именно. Развеялись как дым.

– И ничего не было сделано?

– А что можно сделать?

– Нет, но вы точно знаете, что это сделал Шодресс?

– Знаем ли мы! Но как можно с этим бороться? И если мы доведем дело до суда, его будет вести подкупленный судья Шодресса.