Пограничные стрелки

– «Черные глазки, звонкий голосок!» – тихо запел Уэлдон, но затем голос его зазвучал в полную силу, и он повторил эту строчку глубоким, низким голосом, похожим на гром.

– Вы знаете ее, да? – заинтересовался Коннери. – И посылаете ей сигнал, так? Тоже замешана в этом деле?

Энергично кивнув, он свирепо уставился на молодого человека.

– Знаю ли я ее? – задумчиво повторил Уэлдон. – По крайней мере, никогда ее не забуду. Вы заметили, какие у нее глаза?

– Заметил, – огрызнулся Коннери. – Черные как ночь.

И я бы сказал, приправленные жаждой убийства. Как ее зовут?

– Не имею понятия.

– Франческа Лагарди.

– Итальянка?

– Не знаю. И не интересуюсь. Но мечтаю упрятать ее в тюрьму!

– Она что, мошенница?

– Мошенница? – воскликнул представитель закона. – Мошенница? – От возмущения ему не хватало слов.

– Я встречал таких на Востоке, – промолвил Уэлдон. – И на Западе. Но никогда не встречал их в компании с мужчинами.

– Это что, жаргон студентов? – предположил вконец рассерженный коротышка.

– Жаргон выпускников, – поправил его парень со своей обычной добродушной улыбкой.

– Ладно, – буркнул Коннери. – Могу вам кое-что сообщить. Мне телеграфировали вчера вечером. Бакстер мертв!

– И теперь они, естественно, хотят повесить меня?

– Они, конечно, не преминули бы это сделать, – проворчал Коннери. – Но этот осел Бакстер перед тем, как умереть, признался, что все это дело было сфабриковано, чтобы схватить вас. И вам пришлось бы здорово потрудиться, чтобы выпутаться.

Но сейчас я должен сказать вам, что вы свободный человек и вольны идти, куда хотите!

Глава 3

Хорошенькое личико есть хорошенькое личико

На это сообщение Уэлдон отреагировал следующим образом. Задрав голову, он долгое время наблюдал за покачивающимися усиками виноградной лозы, которая нависала над ними как зеленый шатер. Наконец произнес:

– Надо же, как мне везет! И что бы этому Бакстеру сознаться сразу!

– Везет? – сердито воскликнул коротышка.

 – Везет? – Внезапно его поведение изменилось, он поудобнее устроился на стуле. – Выкладывайте, Уэлдон. Объясните начистоту.

– Что вы, дружище, неужели не ясно? Да я бы тогда никогда в жизни не оказался в Сан-Тринидаде, и мне не пришлось бы сидеть здесь, есть жареного козленка, пить пиво и беседовать с великим Коннери! – Взмахнув широкой ладонью, он улыбнулся, добродушно, но слегка рассеянно.

Керк Коннери вскочил. Он вообще двигался резко и порывисто.