Тропа Джексона

Они были не единственными за оградой – там также сгрудилась и дюжина других, но эти две держались особняком и выделялись не только поэтому. Были и иные отличия, которые сразу приметил опытный взгляд лошадника, – Джексон признал в них своих собственных лошадей. Но означало ли это, что и Мэри здесь?

Босоногий мальчишка в не по размерам большом, поношенном соломенном сомбреро сидел на верхней планке ограды корраля и не отрывая глаз разглядывал эту пару лошадей.

– Славные мустанги, – произнес Джексон.

Не повернув головы, мальчишка отозвался:

– Они не мустанги. Это чистокровки, да еще горячих кровей. Разуй глаза, если не видишь!

– Их вырастил твой отец?

– Нет, купил. Вчера. За две с половиной сотни.

– Сдается, твой отец переплатил. Они выглядят гораздо дешевле, – поддразнил паренька Джесси.

– Дешевле?! – презрительно воскликнул мальчишка. – Да каждая из них по отдельности потянет на пять сотен! Па так и сказал. А уж он-то может отличить лошадь от коровы.

Их продала какая-то девушка, – добавил он, как бы поясняя, почему за лошадей так мало запросили, – мол, чего женщины понимают?

– И что заставило ее так поспешно продать лошадей? – закинул удочку Джексон.

– Ей больше по нраву железная дорога, чем телега, – вот и вся причина, – пояснил паренек. – Чего еще можно ждать от женщин? У них в голове ни капли здравого смысла!

«Железная дорога», – отметил про себя Джексон и, повернув голову, посмотрел на полоски рельсов, похожие на серебряные ручейки, бегущие вдоль долины.

Потом проследил глазами за тем, как они уходят вдаль, и его сердце заныло. Под ним была хорошая лошадь, но ей не под силу тягаться с ногами из стали, легкими из железа и горячим паром вместо дыхания. Даже самые быстрые и выносливые птицы не могли бы догнать это огнедышащее чудовище, которое унесло от него девушку.

– Какая из них твоя? – спросил он мальчишку.

– Что, лошадь? Да никакая! – с горечью откликнулся подросток.

 – Иногда мне удается проехаться только на муле с пашни до дома. – И он тяжело вздохнул.

Джексон спешился.

– Бери эту лошадь! – распорядился он. – Держи ее здесь. От тебя совсем не требуется холить ее и нежить. Но следи, чтобы она не захромала. Езди на ней, не слишком натягивая узду. Не вздумай пришпорить, не то она взбрыкнет так, что подлетишь до самого неба. Обращайся с ней хорошо, и она обгонит, одолеет любую из лошадей твоего отца.