Тропой дружбы

Там, в горах, они не очень-то хорошо едят, поэтому, когда спускаются сюда, предпочитают наедаться вволю.

– А вон тот парень в углу, кажется, ест яичницу всего из двух яиц, – заметил Дюган.

– Конечно, – продолжил я вдохновенно сочинять дальше. – Здесь проживают несколько бедняков, которые снимают дешевые комнаты, у них и еда подешевле.

Принявшись за яичницу, парень задал новый вопрос:

– Я не хочу вмешиваться в твои дела, Рэд, но могу я спросить тебя о твоем друге, с которым ты здесь остановился?

– Его имя Бендерберг, – немедленно сообщил я.

 – Юлиус П. Бендерберг из Акрона, штата Огайо.

– Вот как? – улыбнулся Слоуп, проявляя неподдельный интерес.

– Ага! Его папаша был немцем, а мать – француженкой. Вообще-то его фамилия пишется Бундерберг, через «у», как в слове «глупый». Но оказалось, что очень много народу неправильно ее произносили, поэтому он изменил в ней одну букву, понимаешь?

Он немного помолчал, обдумывая это, потом не очень уверенно кивнул:

– Позволю себе предположить, что он хозяин ранчо или что-то в этом роде, да, Рэд?

– Нет, – отрезал я.

 – Он с давних пор занимается горным делом. Рудники, лесопромышленность или что-то еще такое.

– Вот как? Значит, он очень богатый человек?

– Богатый? Да я сам видел, как он прикуривает сигару от двадцатидолларовой бумажки!

– О! Какая бессмысленная трата! – изумился Слоуп.

– Верно. Правда, в тот вечер был в стельку, – сообщил я.

– В стельку? – переспросил великан.

– Надрался, я хочу сказать, надрызгался, языком не ворочал, по уши налился…

– Надрался… надрызгался… не ворочал языком, – пробормотал он.

– Напился пьяным, – добавил я.

– А, вот в чем дело, он был пьяным, – уяснил Дюган.

– Ты сам-то когда-нибудь опрокидывал? – спросил я.

– Опрокидывал? – произнес он вежливо, но растерянно.

– Ну да. Когда-нибудь закладывал за воротник, ну хоть вечером в субботу? Надирался сам-то? Бывал пьяным?

– Наверное, никогда, – ответил парень. – Однажды у меня немного кружилась голова, и все же не думаю, что это было…

– Нет, не то! – отрезал я.

 – Головокружение даже рядом не стояло с настоящей пьянкой, когда натыкаешься на каждый угол, а они торчат отовсюду, и не видишь, что там вдали…

– Не очень хорошо себе это представляю, – протянул Слоуп.

– Скорее всего, так оно и есть, – согласился я. – Но давай оставим Бендерберга в покое, лучше расскажи-ка мне что-нибудь о себе, старина, почему ты идешь, откуда и куда?

Он старательно рассортировал вопросы.