Тропой дружбы

– Не так уж здесь плохо, – с облегчением вздохнул я, удобно усевшись в развилке между корнями дерева, которые высунули свои колени из-под земли.

– Плохо? – медленно повторил Слоуп и вытер лоб ладонью. – О нет, Рэд! Мне хотелось бы раствориться, слиться с этим видом, с этими окрестностями и всю мою жизнь, день за днем, уходить все глубже и глубже, в более величественные горы, подниматься все выше и выше, к более надменным вершинам. Может, это и глупо, Рэд, но мне кажется, что душа очищается в голубом воздухе этих гор.

Я даже сморгнул пару раз, пока слушал, как он распространялся насчет всего этого. Для меня это было что-то новое в нем. Я начинал догадываться, что в нем было больше от книги, чем просто обложка и заглавие. И оказался прав. Во всяком случае, я сказал себе, может, он не так уж и глуп, просто другой, не похожий на всех.

– Ты, наверное, хотел бы подобраться поближе к той картинке со снегом, о которой толкуешь, верно? – поинтересовался я.

– Поближе? Конечно хотел бы.

– Тогда иди один, – заявил я. – С меня хватит этой прогулки в два дня. А я засушу на память весь этот поход по горам и, пожалуй, лучше займусь чтением книг и разными там описаниями природы. Черт меня побери, если в этом нет чего-то такого!

Дюган беспомощно посмотрел на меня:

– Я не очень тебя понял, Рэд. За исключением того, что ты очень устал. Боюсь, я был совсем бестолковым, когда вынуждал тебя идти так же быстро, как хожу сам.

Совсем забыл, что у тебя не такие длинные, как у меня, ноги.

– Дело не в длине ног, – возразил я. – Возьми антилопу, у нее же не длинные ноги, так же как и у горного козла. Но они ходоки, прирожденные ходоки, понимаешь?

– Да, это правда, – согласился он, не заметив ничего относящегося к себе в том, что я говорил. – Даже скаковая лошадь, я заметил, ниже, чем остальные. Но мы отдохнем здесь, Рэд, сколько захочешь. И давай с этого момента ты будешь ведущим.

Но я отдыхал недолго. В конце концов, это был уже спуск, да и пришвартовались мы уже почти у Потсвилла, так что в сумерках благополучно добрались до гостиницы.

Этот идиот попрощался со мной у ее дверей, заявив, что зайдет за мной утром.

Я растерялся. И слишком устал, чтобы быстро сочинить какую-нибудь подходящую небылицу, не посмел предложить ему денег. Черт бы побрал его гордость! Просто сказал:

– Послушай, Слоуп.