Вспышка молнии

Дверь в кабину пилотов уже начала перекашиваться, постепенно слезая с петель. Еще несколько секунд и она с грохотом отлетала в сторону, а вслед за ней, с оглушительным ревом в салон устремилась стена бешено пенящийся и клокочущей жидкости.

Степан Яковлевич плюхнулся в первое попавшееся кресло и, приготовившись к удару, сжался, прикрыв лицо руками. Он уже почувствовал обжигающе прохладное дыхание неукротимого потока, как в тот же миг чьи-то сильные, мертвецки холодные руки обхватили его плечи. Одновременно с этим, Давыдов услышал над ухом едкий смешок и голос, показавшийся ему невероятно знакомым:

– Давай-ка окунемся, Стёпка!

4.

Давыдов оказался в воде. Вода окружала его. Бесконечная черная толща. Густая и непроглядная. Мужчина висел посреди нее, словно посреди бескрайней пустоты. Только пустота эта была осязаема. Она струилась вокруг тела, противилась любому резкому движению, стремилась проникнуть внутрь, стоило лишь на мгновение открыть рот.

Перепуганный до полусмерти и сбитый с толку, Степан Яковлевич покрутил головой.

Ни самолета, ни того незнакомца, чьи скрюченные руки схватили Давыдова за плечи мгновение тому назад. Ничего не было. Лишь одна вода. Удушливая, холодная пелена. И среди нее, словно подвешенный находился Степан Яковлевич. Пребывая в подобном состоянии, пожилой бизнесмен потерял всякую ориентацию. Он не знал, где верх, где низ, где лево или право. Не знал, погружается он, или всплывает. Рассудок отказывался понимать происходящее, отказывался эффективно работать. И от того не было никакой возможности принять необходимое в тот момент, наиболее рациональное решение.

А время шло. И его оставалось не так уж и много. Пусть не умом, но инстинктивно Степан Яковлевич это отлично понимал. Сколько он сможет задерживать дыхание? Минуту? Чуть больше? А сколько уже прошло? Барахтаясь, в мрачной бездне, теряешь не только пространственные ориентиры, но и временные. Есть ли смысл бороться в подобной ситуации? Есть ли реальная возможность выбраться из этой западни? Самым простым ответом на эти вопросы было бездействие.

Просто опускаешь руки, расслабляешься и тонешь. Погружаешься, растворяясь в тягучей прохладе этой осязаемой тьмы.

Однако, инстинкт самосохранения не давал покоя. Где-то в глубине сознания, Давыдов метущимся зверем искал выход, малейший шанс на спасение. Мужчина в очередной раз покрутил головой и неожиданно заметил, что в одном направлении толща воды имеет более теплый желтоватый оттенок. Возможно, это самолет.