Забытый путь. Книга 3

К очагу потянулись мужчины, они расталкивали теток, обступивших плотным кольцом что-то подле шалаша, чтобы узнать причину переполоха.

– Я не хотела, – зазвенел юный голос в ответ, – котелок вывернулся и все упало, – послышались всхлипывания.

– Что случилось? – спросил старший воин, уже седой, но все еще подтянутый и крепкий как старый дуб. Узловатые пальцы, похожие на коряги обхватили руку кухарки, останавливая очередную оплеуху.

– Все батюшка, поели! – с гневом в голосе воскликнула дородная стряпуха.

– Почему?

– Так эта тетеха, – кухарка ткнула толстым пальцем в сторону Светки, – все высыпала в воду.

Пошла слить кипяток, и все… ну как так!!! – женщина еще раз попыталась достать затылок девчонки, но цепкие пальцы седого удержали ее.

Воины подошли к краю плота и с тоской в глазах наблюдали как ленивое течение уносит, призывно белеющие в коричневом потоке галушки.

– Так! – протянул старший, строго глядя на помощницу стряпухи. Болезная уже оправилась, и теперь помогала у очага Ридае, кухарке Лимома.

– Господин я не знаю, что с бедовой делать? Позволь отправить ее на портомойню. Ну не могу я с ней. Намаялась, батюшка, ну безрукая, что твои кони. Ну что не поручишь все испортит, тут на днях дала ей рыбу пожарить, так она и ее извела.

Лимом подкрутил вислый ус, и усмехнулся, припоминая как третьего дня ел какие-то шкурки очень отдаленно напоминавшие пойманную утром того же дня щуку. Он и представить не мог, что такое можно сотворить с речной хищницей.

– Понятно. Значит не кухарка? – спросил он скорее у себя, чем у присутствующих.

Воины оторвались от созерцания уплывающих галушек и вернулись к очагу.

– Лимом ее надо убирать от кухни, а то мы так с голоду подохнем, – проговорил мужик средних лет, чем-то неуловимо напоминавший воеводу.

– Постой Волк, тут надо разобраться, – сдвинув брови ответил Лимом.

Прошло несколько дней, прежде чем от болезной добились, как ее зовут и откуда она родом. Светлана, так звали девушку, выбралась из подтопленного Тарлева вместе с матерью.

Их несколько дней несло течением, потом Света ничего не могла вспомнить. Она все еще сторонилась Довружа. Старик ей не нравился, белый как лунь, с хитрым прищуром цепких глаз, он постоянно находился неподалеку.

До потопа Лимом бывал в Тарлеве. Старинный город располагался на крутом берегу, нависавшем над рекой Ухта. Его белые стены служили своего рода маяком, купцы издали замечали высокие башни, двигаясь по неспешному течению широкой реки.