Забытый путь. Книга 3

И вообще алхимик ты прекращай смущать простой люд. А не то священство прознает про твои штудии, и тогда дыбой дело не обойдется.

Довруж поежился, и потер занемевшее от долгого сидения плечо. В воде плеснула рыба, поплавок качнулся, и на секунду исчез. Старик напрягся, вглядываясь в муть бурого потока, но пробка вынырнула на поверхность, и повинуясь движению воды ушла далеко за край плота. Довруж с досады хлопнул о колено, и снова плюхнулся на корявый пень.

– Что же воевода я соглашусь с твоими доводами.

Мне и впрямь не известно, что послужило всему началом. Потому отрицать Бога не возьмусь, но согласись, знать, как устроен мир интересно, хотя бы потому что это несет пользу.

– Соглашусь, – улыбнулся обычно суровый Лимом.

– Ну вот и хорошо. Так я это к чему, если принимать напасть стихии не только, как кару, или непреодолимое бедствие, то возможно мы увидим и несомненную пользу.

– И что же за пользу ты увидел в затопленных селах и полях. В кучах утопленников, в голоде и болезнях, что несомненно последуют за наводнением, – Лимом ткнул в сторону берега, указывая на раздувшийся труп вола.

– Это верно, но только если не видеть изменения погоды как оружие. А вот если предположить, что ветром или морозом можно управлять, представляешь какой силой будет обладать человек? – с плохо скрываемым нетерпением проговорил ученый.

Глаза Сантара блестели, отражая свет очага, догоравшего на соседнем плоту.

– Ересью отдают твои слова алхимик.

Как есть ересью. Да и если отбросить божеское, все равно ничего хорошего не может получиться из придуманной тобой затеи, – недовольно отозвался воевода.

Старик-рыболов упустил удочку, он завороженно внимал словам чужака, не замечая, что удило уплывает по черным водам реки.

Сильный толчок опрокинул пень, на котором сидел воевода. Чертыхаясь воин покатился по плоту. Довруж свалился в топкую грязь прибрежной полосы, сразу погрузившись по пояс в ил. Старик истошно закричал, и потянулся к веткам ивы печально склонившей крону к самой воде.

Сантар удержался на ногах, но упустил арбалетное ложе. Глухо стукнув о бревна, оно откатилось к Лимому, но воевода не заметил искусно вырезанный приклад, его внимание приковали молниеносные движения с виду неповоротливого чужака. Сантар в доли секунды оказался подле Лимома, легко рванув воина на себя он поднял его на ноги, и тут же шагнув к краю плота с силой оттолкнулся.