Зажги мой огонь

Билли отвлекся от окна, и посмотрел на нарика.

В процессе борьбы, он сам не заметил, что своей рукой надежно зафиксировал трясущуюся руку психа, поэтому, когда он посмотрел на него, псих сосредоточенно провел своей правой ладонью по больше не пляшущей зажигалке в левой руке. Провернувшееся колесико высекло целый фейерверк превосходных искр. Билли даже удивился, как красиво может начать гореть воздух. Он столько раз тушил пожары, но никогда не видел, как прекрасно они могут начинаться.

Последнее, что он запомнил, это то, что псих отпустил его руку и заорал:

– ЕИИИИИИ!!!!!

И еще Билли был готов поклясться, что прежде, чем поджариться, на лице психа было выражение благодарности.

А потом взрыв подхватил его, и обдав жаром выкинул через окно на улицу.

Навь и явь

Морган вылетал спиной вперед, выталкиваемый взрывной волной из окна третьего этажа дома номер сорок пять по Линкольн-стрит (и он же семьдесят восьмой по Третьей). Внизу было примерно пятьдесят футов[1 - Примерно 15 метров.

] до крепкой, хорошей американской брусчатки. Твердой, как утренний стояк самого Моргана. Он затылком пытался прочувствовать, сколько ему еще лететь. Можно было бы повернуть голову и посмотреть, но нет, он старался не спускать глаз с окна, где в проеме показался псих, устроивший весь этот взрыв.

Он уже не просто горел, он пылал…

“как твоя котлета на последнем пикнике, когда ты не уследил за углями, -захихикал внутренний голос – помнишь, пожарник?”

“Пожарный”, – ответил ему также мысленно Билли.

… обгоревшая кожа слезала со лба, волосы собрались в спаявшийся от температуры колтун, но слюна изо рта продолжала течь в два потока, гася пламя на подоконнике. Казалось, этот упоротый паралитик нашел в себе силы встать, и теперь стоял, облокотившись на горящий проем окна, наблюдая за полетом Моргана.

– АААииииОА! – провыл он вслед, – ААА…. ААА…

– Да пошел ты, – хотелось крикнуть в ответ, но жалко было тратить силы. “Они понадобятся, если выживем, – поддакнул внутренний голос, – если там парни не соорудят площадку для приземления, посадочка будет жесткой”.

Вместо ответа Билли протянул вперед правую руку в перчатке (с удивлением обнаружив, что жар взрыва высушил всю обмусляканную психом ткань), и попытался показать утырку средний палец. Времени до приземления оставалось катастрофически мало, поэтому Билли ускорился с жестом. Обугленный псих даже не обратил на фигуру из пальцев внимания.