Тяжелый свет Куртейна (темный). Зеленый. Том 3

А смерть у них там лёгкая и счастливая и со стороны выглядит не трагедией, а сказочным чудом: умер человек и тут же исчез. Короче, всё самое важное у этих красавцев с изнанки не как у людей.

И поэтому, – наконец осознала Эва, – надо ему сказать. Пусть домой идёт, срочно. Немедленно. Если уж всё равно умирать, лучше там.

С лицом у Эвы при этом, понятно, такое творилось, что Эдо, взглянув на неё, мгновенно перестал смеяться. Спросил:

– Я вас больно ушиб?

Эва отрицательно помотала головой.

– Вообще не ушибли.

Я просто… – она осеклась, потому что, господи боже, как, ну как человеку такое сказать?!

До сих пор судьба Эву щадила. Среди её близких, друзей и просто знакомых ещё ни разу не оказывалось обречённых почти-мертвецов, и ей не приходилось делать выбор – сказать как есть? промолчать? срочно придумать повод остаться рядом, чтобы помочь хорошо уйти? Но рано или поздно это, конечно, должно было случиться. Бессмертных здесь нет.

Теперь и Кара встревожилась.

– Ты чего?

Эва взяла себя в руки.

Говорить такое ужасно, но молчать в сто раз хуже, когда имеешь дело с человеком, которому не всё равно, где умирать.

– Вам домой, на Эту Сторону надо срочно, – сказала она Эдо. – Я в вас чувствую смерть. Это значит, что вы очень скоро умрёте. Простите, пожалуйста, но такое лучше сказать, чем нет. Мне, к сожалению, можно верить. Спросите Кару, она подтвердит.

Кара произнесла таким бесцветным, далёким, до жути спокойным голосом, словно сама только что умерла:

– Пошли, дорогой.

Здесь рядом улица Онос Шимайтес. Там открытый Проход, но я тебя всё равно провожу.

Эдо Ланг улыбнулся с неуместным в его положении облегчением:

– Ну и слава богу, что не ушиб. А на мою погибель забейте. Я знаю, что вы в этом вопросе эксперт. Такого про вас наслушался – спасибо, что не на ночь рассказывали! Вы нереально круты. Но со мной совсем другая история. Я недавно вдохнул немного жизни в одного мертвеца. А взамен получил от него немного смерти.

Но там такой отличный мертвец, что «немного смерти» в его исполнении оказалось просто дополнительным шилом, сами знаете, где.

Он обнял Кару, всё ещё пепельно-бледную, поцеловал в макушку. Сказал:

– Спасибо, дорогая. Очень круто, что ты так испугалась. Я тебя тоже люблю. А теперь прекращай немедленно. Я серьёзно. Что я теперь немножко покойник, и это не ужас-ужас, а хорошая новость, мне сообщило твоё начальство, когда я вернулся из Элливаля.