Россия. Наши дни. III. Презумпция виновности. Часть 1. Надежды не тая

Под эту грустную мелодию Гриша быстро заснул.

В девять утра всех разбудила проверка. Вошёл дежурный офицер и скомандовал выйти и построиться. Сонных и взъерошенных вывели в коридор, где орала какая-то женщина с погонами майора. Громким поставленным голосом, переходящим в истерику, она пыталась донести, что подъём по распорядку в 6 утра и, что лежать на кровати до отбоя запрещено. Что нарушителей будут сажать в штрафной изолятор, что сейчас нам надо вернуться в камеру и провести влажную уборку. После этого ликбеза всех посчитали пофамильно и запустили обратно в «хату».

Узбек сказал, что раз сегодня суббота, то до понедельника будем на карантине. Оказалось, что в половине седьмого утра приносили завтрак, но так как все спали, за едой никто к двери не подошёл. Улеглись обратно на заправленные кровати. Кто-то спал дальше, кто-то просто лежал и смотрел в потолок, Магомед встал на колени на своей шконке и начал молиться. По очереди заходили в туалет, умывались в мойке рядом с «телевизором» и к 12 часам собрались за «дубком».

В это время как раз принесли обед. Суп из кислой капусты, макароны с сосисками и компот. Очень вкусно и много. С удовольствием поев и попив чай, начали общаться. Магомед рассказывал об истории ислама, религии и Коране.

Открылась дверь, и возник очень хмурый майор, явно после большого перепоя, и выводной. Он назвал фамилию Тополев и приказал выходить на продол с вещами. Из других камер также вызывали по одному-два человека.

– Распределение, – сказал телефонный мошенник Дима, вышедший из соседней камеры.

Всех построили в шеренгу по одному, и майор снова зачитал небольшой список из нескольких фамилий, в том числе и Тополева.

– Кого назвал – все за мной! – скомандовал майор.

Долго шли по коридорам, поднимались по лестницам, хлопали «локалками» – решетчатыми дверьми, разделяющими коридор на разные отделения. Наконец вошли в большое помещение, напоминающее ГУМ. Высокий сводчатый зал с множеством железных дверей, расположенных с первого по третий этаж, по правую и левую сторону.

Посередине зала металлическая ажурная лестница, ведущая на площадки второго и третьего этажей. Между этажами натянута тонкая сетка-рабица, чтобы никому не приходило в голову броситься вниз головой. Двери камер расположены так близко друг к другу, что напоминают ласточкины гнезда в высоком песочном карьере на берегу реки.

Майор опять назвал несколько фамилий, а остальным скомандовал остановиться.