Империя господина Коровкина

Она расставляла на нем тарелки, разливала свежевыжатый апельсиновый сок по стаканам и с какой-то искренней улыбкой на лице убирала всё то, что дети, не обращая никакого внимания на ее старания, бросали на стол и на пол. У изголовья стола, чуть ближе ко входу, одетая в светлое легкое платье, сидела Кати. Ее изящные загорелые плечи были оголены и в пышных волосах виднелся цветок только что сорванной во дворе розы. Она оторвала свое красивое личико от телефона, отложила его в сторону и с упреком посмотрела на одного из двух мальчиков, который сидел за столом справа от нее.

– Ты дождешься, что я расскажу всё папе…

– Я не виноват, мам. Это все о-о-он! Он первый на-а-ачал! – округлив пухлые губки, протянул тот жалостливым голоском. На вид ему было лет семь, может восемь.

– Не правда! Не правда! – защищался второй мальчик, который выглядел на пару лет моложе. – Это он! Он начал!

– Я не собираюсь спорить с вами! Но я знаю, что кидаться первым, Платон, начал ты и когда папа узнает…

– Папа что-то должен узнать? – именно в этот момент на пороге появился Александр.

 – Что вы, пацаны, опять натворили? – он подошел к столу и провел по очереди рукой по волосам сначала одного, а потом и второго мальчика. Близость к семье всегда действовала на него успокаивающе. – А? – через секунду он наклонился над женщиной и коснулся губами ее плеча, которое та, с легкой улыбкой, ему специально чуть приподняла. Потом он опустился на стул и взгляд его остановился на лице старшего из мальчиков.

– Что смотришь, рассказывай!

Платон, на которого слова папы, очевидно, действовали совсем иначе, чем увещевания матери, стушевался и опустил взгляд в тарелку. Его губки надулись и слабо зашевелились. Видимо, он говорил что-то, но говорил про себя, не решаясь сказать это вслух.

– Кидался едой, – Кати ответила за него, – бросил краба в Якоба!..

– Я не бросался! – всхлипнул Платон, и голос его заметно задрожал. – Он сам бросался…

– Краб?

– Да!.

. Нет, то есть… Якоб. Он бросался в меня и… и хотел кусить…

– Это не правда!.. Не правда! Это он… он… – начал в раздражении Якоб. Появление отца, видимо, придало ему чуть больше уверенности в себе. Он приподнялся над столом, сотрясая перед лицом своими маленькими ручонками, но гнев его был не долгим. Пролетевшая в тот же миг через весь стол креветка метко попала ему прямо в лоб, оставляя на нем смачный след от соуса Айоли.