Земля зомби. Весеннее обострение

Убив всех зомбаков, он сменил почти опустевший магазин на полный, забитый ещё тридцатью патронами для бесшумной стрельбы, после чего спрыгнул с забора на землю и прокричал:

– Всё, вечегинка окончена, гости устали!

Мы спрыгнули вслед за Артёмом на землю и, опасливо озираясь вокруг, направились к беседке, на крыше которой отплясывал этот чудак. Его, казалось, нисколько не смутило убиение толпы мертвецов и появление на сцене вооружённых людей. Он даже не перестал отплясывать, только изменил ритм, сделав его менее энергичным и более ломаным.

Некоторые его движения выглядели как откровенное оскорбление. За такое и раньше можно было получить от прохожих по морде, а сейчас могли застрелить на всякий случай. Но его, казалось, ничем невозможно было смутить. Остановившись в десяти метрах от беседки, чтобы громко не орать, но и держась подальше от его длинного копья, я обратился к нему:

– Всё, завязывай танцевать свой танец смерти! Все, кто должен был, увидев его, умереть, уже мертвы.

Безумец замер, перестав дергаться, потом громко захихикал и сказал:

– Как можно быть таким невеждой и перепутать танец смерти с танцем приветствия? Я сейчас танцевал для вас танец приветствия!

Мы недоуменно переглянулись между собой.

Я сделал вывод, что все, кто был со мной, тоже не заметили разницы между танцем смерти и танцем приветствия. Судя по всему, это понял и безумный Андрей. Сделав расстроенное лицо, он схватился за копьё, заставив нас нервно вскинуть стволы оружий, беря его на прицел. Но Андрей, не проявляя враждебности, аккуратно опустил копьё с крыши на землю, а затем, спрятав за пазуху детский бубен, спустился сам.

В это время в открытую калитку двора зашел очередной мертвец, увидев нас, он издал радостный рык и поковылял в нашу сторону. Артём вскинул в прицеле свой автомат, раздался металлический лязг затвора, монстр завалился на бок с пулевым отверстием в голове. Сцену расправы над мертвецом я наблюдал краем глаза, больше опасаясь невменяемого человека с копьём. Когда с зомби было покончено, я спросил у него:

– Мил человек, может, объяснишь нам, что тут происходит? Что за странные танцы смерти и приветствия? Зачем этот чадящий костер? Ты кто вообще такой, похожий в своём наряде на какого-то варвара, в мехах и с копьём?

Андрей посмотрел на нас с усмешкой, запустил руку за пазуху и, достав оттуда что-то мелкое, кинул себе в рот.

Сделав глотательное движение, он ответил:

– Давно я с живыми не общался, всё больше с духами и мертвецами.