Земля зомби. Справедливость торжествует

– А что с ними делать? Пусть живут тут.

– Может, услышав про Рынок, они захотят туда. В любом случае, нам нужно обсудить наши дальнейшие действия, изначальный план сильно изменился, и теперь нужно думать: спешить, пока светло, и сваливать отсюда или оставаться тут на ночлег. Последнее мне очень не хочется!

Артём усмехнулся и спросил:

– Ты что, тгупов испугался?

– Что их бояться? Мертвые не кусаются. По крайней мере, такие, нормальные мертвецы с раздробленной в фарш головой.

– Ну да, там почти ни у кого не осталось зубов, чтобы кусаться.

 – поддержал Артём и мы вышли на улицу.

Во дворе народ разбился по кучкам и болтал. В основном бывшие рабы рассказывали о своей тяжелой жизни в плену у бандитов, а мои приятели сочувствующе смотрели на них и задавали уточняющие вопросы. Мне тоже было интересно услышать историю этих несчастных людей, но требовалось определиться с планом дальнейших действий, поэтому я громко произнёс:

– Эй народ! Нужно решить, что делать дальше, поговорить на другие темы позже успеете.

Едва я замолк, послышались несильные удары в железную стену, которая перегораживала двор. Все обернулись в сторону источника шума. Один из бывших рабов успокаивающе произнёс:

– Зомби на шум пожаловали. Обычно мы их в таких случаях выходили и успокаивали, проламывая головы, но сейчас они подождут, вы не переживайте, стена крепкая и способна выдержать натиск большой толпы мертвецов.

Он не преувеличивал возможности стены, я успел оценить добротность сваренного из толстого металла неказистого с виду забора, поэтому, решив не обращать на мертвеца за стеной внимание, я сказал:

– Хрен с ним, пусть пока скребется.

Давайте только отойдём в другое место, мне уже надоело смотреть на трупы. – проговорил я, кивнув на тело без головы и руки, лежавшее рядом с нами.

Возражений не последовало, мы отошли в другой конец двора. Бывшие невольники сбились в кучу, было заметно, что они сильно напряжены в ожидании судьбоносного разговора.

Видимо, всё же опасались нас и боялись, что только недавно обретённая свобода из рабского плена может оказаться лишь короткой передышкой. Особенно часто они кидали опасливые взгляды на молчаливого Берсерка, который как будто впал в какую-то прострацию и за всё время не произнёс ни единого слова, только всех внимательно слушал, крепко держа свою любимую кувалду в огромных ручищах.

Чтобы разрядить обстановку, я решил сразу прояснить ситуацию.