Золотой крейсер и Тайное море

– Эй! – крикнула Ингрид, – Может, все-таки, с нами?

Споменка с опозданием приложила палец к губам:

– Тш-ш-ш! Не надо!

Но зверь не отреагировал, и Споменка с облегчением вздохнула.

– Не надо, – тихо повторила Черная Рок-н-Ролл Мама.

*****

Они прошли всего пару могил, когда услышали звуки в темноте. По знаку дриады, шедшей спереди, все замерли. Вдалеке, с той стороны, куда днем ушел старик-хранитель, показалась пляшущая красная звездочка.

Огонек приближался. Вырисовались очертания человека, ведущего справа от себя велосипед.

Красный огонек оказался сигаретой.

Мужчина не без усилий держался на ногах, то и дело въезжал передним колесом в клумбу, или цеплял педалью прутья очередной ограды. Не дойдя до них несколько метров, прислонил велосипед к могильной ограде. С трудом присел, закурил новую сигарету. Дриада узнала его – вспышка зажигалки очертила слишком глубоко посаженные рыбьи глаза. Это был тот самый неприятный человек, который приметил их еще при свете солнца.

Недобрая глупость зияла во взгляде двумя отвратительными дырами.

«Чур, чур!» – брезгливо поежилась дриада. Кто-то дернул ее за рукав, она оглянулась. Рок-н-Ролл Мама, сверкая белками, беззвучно указывала на клумбу – до нее было рукой подать. До Споменки дошло, что следует срочно спрятаться. Кивнула, недовольная собой – об этом ей стоило бы подумать первым делом.

Одна за другой, они нырнули в маленькую рощицу космей. Благодаря временному ослеплению от язычка пламени, мужчина не должен был заметить ни мелькания белых фигурок в сумраке, ни покачивания спящих цветков на длинных тонких ножках.

Да и с чего бы он стал искать их в цветах старой могилы? Наверняка же знал, куда направляется.

Споменка затаила дыхание, когда человек поднялся на ноги. Что-то проворчал, стряхнул несколько искр на утоптанную у забора траву. Вцепился в руль велосипеда, сделал первый шаг, когда она сообразила, что боковым зрением посреди дорожки видит… Мурочку!

«Глупая!» – округлив глаза, мысленно выругала малышку Споменка – громадные колеса, виляя, катили прямо на Мурочку, а она отчего-то весело прыгала, не понимая, что осталась одна, совершенно не подозревая об опасности.

На какие-то мгновенья колеса и ноги великана скрыли от них котенка. Хруст фарфора сопроводил один из тяжелых шагов. Кто-то за спиной дриады в ужасе ахнул.

«А ведь ни царапинки не было!» – в полной прострации пронеслось в голове Споменки.