Кровь Достойных

Лица сокурсников и сокурсниц, снующие мимо. Преподаватели в красных робах и плётки. Тёмное подземелье, сырая темница и чёрствый хлеб. Золотые глаза, смотрящие прямо на него.

– Вы все избраны Богами, Вечная Шестёрка обязала вас стать вместилищем для её воли. Ваша кровь – единственная причина, вашего нахождения здесь! На вершине мира, среди равных, а не коров и сена! А теперь поднять копья! Выпад! Выпад! Выпад!!!

Острые когти вонзились в бедро Веруса, и боль, проникнувшая в сознание, очистила его, возвращая ощущение себя в гуще битвы.

Недобро оскалившись, боец оттолкнул подлую тварь, пытающуюся оторвать ему ногу. Лесной старичок взревел, попытался нанести второй удар, но его лапа уже взмыла вверх, отсеченная чуть ниже локтя. Проводив её взглядом, монстр не успел заметить, как воин развернулся на здоровой ноге, прочертив кровавый узор сквозь окруживших его врагов.

Три бестии одновременно повалились на землю, изрыгая синюю кровь на и без того влажную почву. Крики и плач медленно опускались на пышущее сознание.

Тяжело дыша, охотник осмотрелся по сторонам. Битва завершилась успешно, один из ратников Лорда добил последнего гада, располосовав его как тренировочный манекен.

Чёрный дым постепенно истаивал под ногами, ускользая от взоров, просачиваясь вглубь земли, оставляя после себя лишь сырую от крови траву… Выжившие в адской мясорубке удивлённо осматривались, они были покрыты синей кровью дьяволов и красной – погибших людей. Многие обратились хладными трупами: недвижимые, изуродованные, лишённые искры жизни.

Среди них оказался и вдовец, решивший повести односельчан в бой. Его тело с отгрызенной рукой и вспоротым животом оказалось совсем недалеко от Веруса. На бледном, покрытом грязью, потом и кровью лице замерла лёгкая улыбка.

– Надеюсь, ты нашёл их в царстве Богов… – прошептал наёмник, отводя взгляд от погибшего.

– Вот же дьявольщина! Сколько здесь было этих тварей? Ей, Румур, скольких ты прикончил? – громко рассмеялся латник Лорда.

– Не считал я. Дрянь, один мне чуть скальп не снял! Смотри! – повернувшись к другу, ответил второй, демонстрируя кровоточащую рану на лице. Длинный порез пересекал лоб, от чего часть кожи повисла, над бровью. Вспотевший воин с упоением прижимал её на место, грязной перчаткой и улыбался.

– Да ты и раньше красавцем не был! – хохотнул первый и повернулся, чтобы осмотреться. – Сколько народу то полегло.