Небесный шаг (1 арка)

– У Грэ три полоски, и почти создал четвертую. Теперь ему достаточно просто ударить тебя, чтобы убить на месте, так что постарайся не злить нашего поводыря, – посоветовал старик.

Парень, всё ещё борясь с рвотным рефлексом, утвердительно кивнул в ответ.

Молодого человека звали Сонг, этим именем его наградил старик, что сейчас сидел возле него. Сам Сонг мало что знал о своем прошлом. Первым воспоминанием юноши стала пустыня. Как он брёл по ней, можно сказать, без единой мысли в голове. Просто шел вперед, не разбирая дороги.

В какой-то момент проходящий мимо караван работорговцев заметил бредущего по пустыне одинокого подростка. Надо ли говорить, что работорговцы, обнаружив полуживого человека без роду и племени в пустыне, не стали проходить мимо?

Так Сонг из бродяги попал в рабы. Вот только на этом его злоключения не заканчивались. Татуировка властителя, главное мерило силы и предмет гордости многих воинов в мире боевых искусств, оказалась у парня на крайне низком уровне.

Старик как-то обмолвился, что впервые за свою жизнь увидел такую татуировку властителя у человека возраста Сонга. Всего одна полоса. На вопрос, почему так произошло, старик лишь пожал плечами. Возможно, родители юноши никогда не занимались его развитием. Или у него просто отсутствовал талант к боевым искусствам. В последнем случае это ставило на молодом человеке настоящее клеймо.

Естественно, текущее развитие всего в одну полоску резко уменьшало ценность Сонга как раба, именно потому он и оказался в загоне со слабыми людьми, а будущее юноши, как считалось, будет безрадостным.

Правда, вскоре обнаружилось, что парень обучен грамоте, а значит, умел читать и писать, но это мало волновало работорговцев, для них Сонг как раб все также оставался бесполезен. Со слов старика наиболее вероятный вариант событий был таким, что их купят какие-нибудь алхимики или мастера, специализирующиеся на техниках Смерти, для своих исследований. В лучшем случае слабые рабы могли рассчитывать на рудники какого-то клана или секты.

Когда Сонг подумал о своем будущем, где-то глубоко внутри его души начало зреть чувство невыносимо жгучего протеста.

«Совершенно точно я не стану так глупо заканчивать свой путь! Если понадобится, войду в огонь или мороз, лишь бы вновь стать свободным!»

Всё то время, что он находился в караване работорговцев, парень не терял надежды. Раз за разом он пытался развить собственную татуировку властителя.