Закат

А я не мог понять, что с котятами, какие такие котята.

Я оторвала глаза от стола и потянулась к истории дедушки, забывая тоску и печаль.

– А она показывает в сторону двери и говорит котят нашла на сеновале. У нас тогда все кошки попомирали из-за отравы, которой обрабатывали поле в тот год. Полдеревни тогда переболело, потом уже не использовали такую отраву. Побежали мы тогда на сеновал, нашли их. А они крохотные, плачут, мяукают, мать ищут, а матери и нет уже. Выходили мы их тогда: глаза обрабатывали, из пипетки кормили.

На бабушку это, наверное, не похоже, но она тогда их чуть не на кровать в дом занесла, чтобы чужие коты их не съели. Так растили мы их дома на кровати, из пипетки кормили.

Дедушка говорил об этом и в глазах у него стояли слезы, а на губах широкая светлая любящая улыбка.

– Любила она каждую животинку. А еще любила прикинуться недовольной и ворчать долго-долго чем меня конечно же только смешила.

– А мне всегда было жалко тебя, я думала, что она бранит тебя зазря. – Вспомнила я как бывало у бабушки включался режим недовольства и она начинала бранить дедушку на чем свет стоит.

– Да нет же, я никогда не обижался на это. Ой, я даже вспомнил, как это все началось. – Залился смехом дедушка, выуживая воспоминания из своей головы. – Она не хотела выходить за меня замуж. Мы соседями были – твои прадедушки. Твой прадедушка – бабушкин отец – музыкантом был и много чего еще из дерева мастерил, у них всегда что-то интересное было. Да и сестер у твоей бабушки не было, поэтому она всегда с мальчишками бегала, а я дружил с ее братьями.

Вот так в какой-то момент и сам не заметил, как влюбился в нее. Наверное, когда взрослеть начал. А она уже тогда с характером была ого-го, это меня еще больше влюбляло. А когда из армии пришел, пошел свататься. Так мы женились против ее воли. Говорила, что не любит меня тогда, но времена другие были. Это вам сейчас проще, вы только по взаимному согласию женитесь. Но если бы было как сейчас, то и нас с тобой тут не было бы.

Наши чашки опустели, но я не торопилась вставать из-за стола потому, что боялась, что разговорившийся дедушка снова замкнется.

Я подперла подбородок кулаками и продолжала с упоением слушать его рассказ.

– И вот после свадьбы, когда мы сюда переехали, еще в старый дом, перед тем, как я наш отстроил, она все время на меня бранилась. Все время пыталась обидеть, как птица, которую в клетку посадили. Не сдавалась. Временами обидные вещи говорила, я даже руку на нее поднимал.