Осколки Наследия

Вагнер открыл глаза, отпустив прочь глубокий сон. Он обнаружил себя лежащим на животе, деревянный пол отдавал холодом. Также он осознал, что туго связан по рукам и ногам крепкими веревками, а из одежды на нем только нательное белье в виде тонких, серых от грязи, штанов.

В помещении было темно, и глаза Вагнера только стали к ней привыкать. Он понял, что находиться в небольшой комнате с обшарпанными стенами и с одним, и то закрашенным, окном и одной же дверью напротив него. На стенах различил красивые узоры, что значило – ранее это была очень даже жилая комната.

Мебели не было, даже лампочка была выкручена из цоколя, и теперь там как будто была зияющая черная дыра.

Голова слегка побаливала. Вагнер припоминал тяжелый удар по его затылку. Затем звезды, темноту и теперь он тут. Долго ли он был без сознания? Как далеко его могли увезти? Много вопросов и крайне мало ответов. Нужно было выбираться.

Вагнер перекатился на живот, оттолкнулся щетинистым подбородком от пола и, поджав под себя ноги, оказался в положении сидя на коленях.

После он начал с силой трясти головой над полом. Волосы его были не такими длинными, чтоб собирать их в хвост, но все-таки имели изрядную длину. Увидевший со стороны сказал бы, будто Вагнер хочет сломать себе шею. Однако он делал это с другой целью, да и тряс настолько тихо, насколько мог, чтоб не упустить нужного звука.

Сейчас у него не было ни одного атрибута, присущего ассасину – профессиональному убийце, прошедшему тщательную подготовку.

Отсутствовал выкидной нож, закрепляющийся на запястье. Не было спрятанного лезвия на внутренней стороне ворота, как и потайного, шила в сапоге. Всё это забрали, но у Вагнера остался козырь в рукаве. Точнее в волосах.

Дзинь, глухо брякнуло что-то металлическое.

Привыкшие к темноте глаза стали судорожно обшаривать взглядом пол вокруг, заглядывая в каждый угол. Дыхание начало учащаться. В комнате не хватало кислорода. Ассассин осмотрел всё, удостоверился в безнадёжности способа и начал медленно ползать на коленях по комнате.

Иногда останавливался и смотрел по сторонам, но попытки оказались тщетными.

Он проходил одни и те же участки несколько раз. Вагнер уже потерял всякую надежду найти иглу. Сложности прибавляла осторожность и бесшумность. Он полз, пока вдруг…

Пронзительная, дикая боль в колене сразила Вагнера настолько внезапно, что он еле успел закусить губу, сдерживая крик. Нужно было вести себя тихо, враг мог быть близко.