Регрессор в СССР. Лето 1977. Книга 1

Впрочем, быть может и стоит сходить, ради «прикола», устроить там им «шоу в одного», но отпустят ли меня после моего показательного выступления? Вот это вопрос… И ответ на него я знал. Скорее всего нет. Пристанут как банный лист и не отцепятся! И буду я на потеху публике и ради престижа Родины прыгать-сигать…

«Неа!.. Этот самолёт не полетит!» – сказал я себе.

Я шёл по беговой дорожке, которая проходила вокруг школьного футбольного поля, от турников в противоположную сторону. Беговая дорожка заканчивалась длинной, прямоугольной песочницей с песком, для прыжков в длину.

Древние греки, называли эту яму с песком – «скаммой».

«Интересно, как далеко я смогу прыгнуть?» – подумал я, разбегаясь.

Разбег закончен, прыжок… и как в фильме, всё замедленно… Лечу себе лечу, а затем… резко, время убыстрилось…

Майк Пауэлл прыгал, точнее будет прыгать… в общем, он поставил мировой рекорд прыгнув на восемь метров и девяносто пять сантиметров в Токио 30 августа 1991 года. До него рекорд принадлежал, тоже американцу Бобу Бимону, который 18 октября 1968 года в Мексике прыгнул на восемь метров и девяносто сантиметров.

У меня же произошла с прыжком какая-то хрень.

Дело в том, что сама песочная яма, вероятно было мала в длину, и не предназначалась для мировых рекордов, ибо вряд ли представляла кто такой Боб Бимон, и уж тем более, кто такой Майк Пауэлл, но это было полбеды. Как оказалось, песочница также не представляла, и кто такой я – Александр Васин.

Песочницу я перелетел почти мгновенно…

Перелететь то, я её перелетел, но возник вопрос, посадки.

Как приземляться-то? Спрессованный гравий и много мелких камушков, были неважной посадочной полосой и плохо подходили для посадки столь нежных созданий.

Ох, как я кувыркался при приземлении…

Наверное, метр я прочертил спиной и нижней, мягкой её частью по гравию, пытаясь затормозить ногами. Когда же попытался немного повернуться боком, то меня швырнуло головой вперёд и коленками назад, в результате чего дальнейший путь я продолжил на животе.

Именно в такой позе, типа – «умерший кит на берегу» и закончил жёсткое приземление космический корабль.

После более-менее удачной посадки, экипаж решил осмотреть повреждения обшивки. Рваные шорты, кисти и локти в крови, из оборванной футболки спереди, вырван клок и виден кроваво-грязный живот, который весь ободран и кровоточит.

Да… корабль был сильно повреждён. Было неизвестно, сможет ли экипаж совершить починку самостоятельно.