Альфа. Тёмные тайны генералиссимуса Сталина

В «Декларации об освобожденной Европе» было чётко определено право народов на самоопределение:

«Установление порядка в Европе и переустройство национально-экономической жизни должно быть достигнуто таким путем, который позволит освобожденным народам уничтожить последние следы нацизма и фашизма и создать демократические учреждения по их собственному выбору».

Верховный главнокомандующий

Но как сталинская система могла дать народам тех стран, куда ступал сапог сталинского солдата свободу, если в самом СССР не было никакой свободы? Конституция, демократические выборы, власть народа, справедливое правосудие – всё это было не более, чем филькиной грамотой, в лучшем случае потёмкинской деревней.

Одиозный сталинский прокурор Андрей Януарьевич Вышинский по профессии был юристом, закончил юридический факультет университета в Киеве.

Это малоизвестно, но он написал серьёзный труд по юриспруденции под названием «Теория судебных доказательств в советском праве».

Цитата из этого труда:

«…было бы ошибочным придавать обвиняемому или подсудимому, вернее, их объяснениям, большее значение, чем они заслуживают этого… В достаточно уже отдалённые времена, в эпоху господства в процессе теории так называемых законных (формальных) доказательств, переоценка значения признаний подсудимого или обвиняемого доходила до такой степени, что признание обвиняемым себя виновным считалось за непреложную, не подлежащую сомнению истину, хотя бы это признание было вырвано у него пыткой, являвшейся в те времена чуть ли не единственным процессуальным доказательством, во всяком случае считавшейся наиболее серьёзным доказательством, „царицей доказательств“ (regina probationum)».

Вышинский на московских процессах

Неизбежно возникает вопрос: как образованный юрист, автор этих прекрасных строк мог председательствовать на московских процессах 1937—38 гг.?! Ведь это же нонсенс, поскольку презумпция невиновности, которую он так превозносил в теории, была полностью отвергнута Вышинским на практике.

На кровавых судилищах он пел соловьём уже совсем другие песни:

«Вся наша страна, от малого до старого, ждёт и требует одного: изменников и шпионов, продавших врагу нашу Родину, расстрелять как поганых псов! …Пройдёт время. Могилы ненавистных изменников зарастут бурьяном и чертополохом, покрытые вечным презрением честных советских людей, всего советского народа.