Тёмное

Она была в страшно запущенном состоянии, дверей и окон давно не было, левый угол строения покосился и окружающие, некогда красивую, добротную церковь тополя, запустили свои ветки, в пустые глазницы окон.

А еще дорога, которая шла по самому селу, выдавала тот факт, что здесь очень-очень редко проезжают автомобили. Трава была и на обочинах и росла прямо посередине дороги, она громко скребла по днищу машины и видимо неплохо забивала решетку радиатора…

Наконец, Аркаша увидел явно жилой дом. Правильнее сказать домишко, он почти по окна врос в землю и покрытая, видимо очень давно деревом крыша, поросла густым зеленым мхом.

Признаки жизни, выдавала скошенная во дворе трава, разбросанный деревенский инструмент, огромный белый кот на крыльце и дым, из еле различимой среди мха, трубы.

Аркаша притормозил, чем видимо очень напугал, греющегося на солнце кота. Который тут же шмыгнул, в полуоткрытую дверь. Аркаша вышел из машины, специально хлопнув дверью по громче, дабы привлечь внимание хозяев. И это видимо сработало, на крыльце (функцию которого выполнял огромный плоский камень, серого цвета), появился старый, но по всему видно еще очень крепкий старик.

В молодости, он видимо был, очень высок и статен. Это улавливалось и в походке и в том, как он пытался держать спину. Но годы берут свое и прямизна осанки старика, только прослеживалась. Густые черные волосы, крепко подернутые сединой, такая же густая, окладистая борода и неимоверно добрые и в тоже время хитрые глаза, вызывали к хозяину древнего домишки, полное расположение и желание общаться открыто.

«Здравствуйте!» – первым заговорил Аркаша.

«Здравствуй, мил человек! Это каким же тебя ветром, сюда занесло?» – хитро, но очень по доброму, спросил старик.

«Меня Аркадий зовут, я писатель, хочу написать очерк о вашей деревне, готовлю цикл – Забытые места!» – почти не соврав, ответил Аркаша.

«Ну, ну! Дело благое! И места у нас, действительно забытые! Что то фотоаппарата у тебя не вижу, к нам лет пятнадцать тому, приезжал один, побегал поснимал и умчался восвояси!» – сказал старик, приглашая рукой, пройти гостю в ограду.

Ограда некогда была огромной, но видимо силы старика уже не справлялись с такими площадями и трава была скошена, только с двух сторон дома, да еще проход за дом, видимо в огород. Под огромной, старой яблоней, стоял такой же старый стол и две лавки к нему. Стол был заботливо накрыт клеенкой, в стиле хохлома, стоял самовар и накрытая белым полотенцем посуда.