Веретено

«Говорящая птица!? Ну нет, со мной, такой номер не пройдет!» – гневно подумал Аркаша и стал бегать вокруг дерева, в поисках шутника.

«Мдаа! Ну точно, псих! Это же надо, что цивилизация, с людьми делает! Вот раньше, еще каких то, полтора века назад! Придут, до земли поклонятся! Вкусного, свежего мяса, принесут! Разговаривают, с почтением! Только и спросят – скажи многоуважаемый, Мудрый Филин, где мне мое веретено, искать! И все ведь чинно, все благородно! И вот теперь, бегает, орет, головой трясет и самое главное, на меня, ноль внимания! А про мясо, я вообще молчу!» – шел монолог из дупла.

Аркаша вновь, стоял напротив, источника звука и растерянно моргал глазами.

«Ты, что Филина первый раз видишь?» – с изумлением спросил голос.

«Аркаша, решил подыграть и включиться, в эту непонятную игру. Он решил, что все равно разберется, кто с ним, так жестоко шутит и ответил: «Филинов, я в зоопарке, много раз видел! Но вот, что бы они меня, психом обзывали, такое впервые!».

«А ты, когда на поиски своего веретена отправлялся, кого рассчитывал тут увидеть? Может быть, слона? Вот это да, вот это был бы номер! Даже, я бы тогда удивился!» – ответил Филин.

«Веретена? А, что это такое?» – искренне удивился Аркаша.

Загадки

«У вас там, что – урожай, несъедобных грибов, нынче? Идет, за веретеном и не знает, что это такое! Бред какой! И он еще, удивляется, говорящей птице! Да, ты меня удивил, в сто раз сильнее, сейчас! Четвертый век, тут дежурю, но такое – впервые!» – искренне, недоумевала птица.

«Начнем с того, что я иду – ни за каким то там, веретеном! Я иду, к машине! Домой, мне надо! А веретено свое, себе оставь! Покажи мне, как на трассу выбраться и сиди тут, еще четыре века!» – набравшись наглости, ответил Аркаша.

«Да, мое то веретено, слава Создателю, уже давно найдено! А твое, мне нужно, как корове, пятая нога! Ишь, разорался тут! Ищешь свою трассу, так зачем, ко мне то лести? Иди, куда хочешь! Люди, по тыще верст, пешком! Да еще, очередь годами, ждут! А этот, ты посмотри, мало того, что без очереди пролез.

И тут, смешно сказать, но Аркаше, стало совестно.