Кровь Достойных. Бастион Восточный

Всё было бы хорошо: проснись он на утро как всегда. Отправился бы вниз завтракать, затем на поле за краем деревни тренироваться. После обеда вновь сидел бы в корчме, напивался для хорошего сна. Замкнутый круг повторялся бы столько раз, сколько позволил голос разума или скука. В конце концов, заставившая его искать новое дельце.

Если бы… но далеко не всегда жизнь ведёт себя так, как мы того желаем. Иногда, заснув в тёплой и мягкой постели с улыбкой на устах и болью в голове, ты просыпаешься в совершенно ином месте.

= Сноски =

1) Двуслойка или же Двушки – один из распространённых видов крестьянской обуви в Воргосской Империи. Два куска грубой кожи, сшитые вместе в форме, отдалённо напоминающей сапоги высококровных. Из-за отсутствия подошвы как таковой имеют довольно фривольную форму и крой. Зачастую шов попадал на стопу, от чего след обуви напоминал «странные копыта» или «двушки».

2) Топляк – мерзкое на вид существо, обитающее преимущественно вблизи болот и затхлых рек. Реже можно встретить у озёр или оазисов, однако эту разновидность чаще называют Морлоком.

Имеет гуманоидный вид, с сильно искривленным позвоночником. Шкура зелёного цвета, иногда с пятнами или серыми вкраплениями. На своеобразном горбу, можно увидеть яркий плавник. У молодых особей мягкий и податливый, тогда как у старых – жёсткий или даже острый.

3) Колодки – разновидность обуви низших сословий. По сути, деревянный ботинок, изнутри набитый мягким наполнителем, чаще пухом или шерстью. Встречаются и смягчённые тканью колодки, но больше среди городских жителей.

Глава 4 – Божественная комедия

Из тьмы беспамятства медленно проступили знакомые образы. Верус видел их добрую сотню раз. Они въелись в сознание, словно клеймо круга, но каждый раз видя их сердце рвалось из груди будто впервые. Стоило прекраснейшей в мире девушке восстать из мёртвых и повернуться к нему, мир вокруг рушился на глазах.

Этот раз ничем не отличался от прочих… Он вновь видел её – Сабрину с перекошенным от боли лицом и окровавленными губами, окутанную волнами энергии.

Она говорила, говорила и снова… говорила. Слова Первичного наречия складывались для него в понятную речь, всё шло к развязке, последний суровый выкрик:

– Я – сама справедливость! И я заберу своё! – кричит злобный дух её губами, а вскинутая для удара рука расходится кровавыми лоскутами. Но в этот раз всё замирает, весь мир останавливается. И Верус стоит перед застывшей подругой, трясясь от страха.