Главный бой. Рейд разведчиков-мотоциклистов

И вовремя! Танки со свастикой завершали обходной маневр и были уже совсем близко, метров сто – не больше!

Установив ПТР на сошки между торчащими из снега кустами, Кочергин, взявшись за рукоятку, отвел затвор назад до отказа, глубоко вздохнул и, повернув голову, негромко произнес:

– Хорошая у нас позиция, Петя, заряжай!

Тот не заставил себя ждать и быстро вложил 14,5-миллиметровый патрон в патронник.

Закрыв затвор, Артем навел ружье на ближайший танк, целясь в крест на его борту, и выстрелил. Мимо! Поглядев в чем дело, Кочергин понял, что от взрыва или при переноске сбился целик.

– Патрон! – скомандовал Артем, корректируя прицел.

– Уже! – лаконично откликнулся Каминский.

Невдалеке разорвалось несколько снарядов. Впрочем, пронесшиеся над траншеей осколки не нанесли никому какого-либо урона.

Кочергин снова нажал на спусковой крючок, с удовлетворением отметив, что на этот раз он попал! Но танк как ни в чем не бывало продолжал двигаться вперед, стреляя из пулемета по укрывшимся в траншее красноармейцам.

И словно нарочно подставлял под огонь новоиспеченного расчета противотанкового ружья борт и корму.

– Живучий, твою мать! – процедил сквозь зубы Артем, целясь в моторный отсек. – Получай!

Звука выстрела за грохотом боя он не расслышал, но черный дым, поваливший из двигателя, говорил сам за себя. Танк проехал еще с десяток метров и, будто уткнувшись в невидимую стену, замер.

Распахнулись люки, и немецкий экипаж стал выбираться наружу. Каминский дал по ним длинную очередь из ППШ.

Двое танкистов упали. Остальные бросились ничком на снег и поползли к своим, плохо различимые за густыми клубами стелющегося над землей дыма. Вторая автоматная очередь, выпущенная Петром вдогонку, не причинила им вреда.

– Хорош палить, заряжай! – толкнул его в бок Артем. – Видишь, еще один ганс едет в гости!

Из-за подбитого танка на половину корпуса выдвинулся силуэт другой машины с выведенными на башне яркой белой краской цифрами 738. Кочергин, с шумом выдохнув воздух из легких, потянул спусковой крючок и, почувствовав, что бронебойно-зажигательная пуля ушла в цель, сразу дернул рукоятку затвора на себя.

Петр тут же сноровисто вставил новый патрон. Следующий выстрел снова попал в цель. Танк остановился.

– Отъездился, фашист! – повернувшись к Каминскому, весело сказал Артем и хлопнул его ладонью по спине.

– Не совсем, – прошептал боец, показывая рукой вперед.

Кочергин взглядом проследил за его жестом и остолбенел.