Фигурки на стене

Последнее из перечисленного обычно выходит в том случае, если первое не сработало. Такие дела.

В остальном по школьным моментам у меня все было достаточно неплохо. Я и учился хорошо, и книги интересные читал (не с первого класса я стал зачитываться ими, нет, гораздо позднее, но там уже и ситуация та произошла, что ну его ни фиг вообще), и фильмы познавательные – хоть и занимающие только меня – смотрел, по мере возможности. С этим делом туго было, если помните. Дисковые проигрыватели появились гораздо позже, а тогда ходили видеокассеты, на пленке которые.

Засовываешь в видеомагнитофон, получаешь на несколько секунд белый шум, мерзкий такой, противный, а потом, когда домотает до первого кадра, начинался фильм. Понятное дело, что современные дети даже и представить себе не могут, что аудио и видео раньше воспроизводилось при помощи считывающей головкой и магнитной ленты, намотанной на две бобины, которые заключались в пластиковую коробочку. Да и «кассета» у них ассоциируется сейчас совсем с другим. К слову, у меня и телевизора дома не было, и дома как такового. Увы, мне не повезло в этом плане. Голодным я никогда не сидел – мама всегда старалась изо всех сил, – но и апартаментов шикарных не видал. Мы почти всю мою жизнь прожили в трейлере, соединенном из двух вагончиков. Такой вот дом на колесах. Только колес у него не было. И домом его можно было назвать с большой натяжкой.

Так вот, возвращаясь к видеокассетам и магнитофонам, в школе, еще в самом первом классе, чтоб не забегать слишком далеко назад, но и не вырывать факты якобы из ниоткуда, скажу, что даже другом обзавелся, с которым все еще не разлей вода.

Ему-то более широко судьбинушка улыбалась: у него был и видик, и дивидюха потом появилась, а за ней и первый компьютер, когда они стали появляться в простонародье. У него дома я и зависал чаще всего. Родители давали ему деньги на мелкие расходы, за них мы брали в прокат кассеты с фильмами и смотрели, плотно задернув шторы. Чаще всего к нам попадали всякие ужастики в духе «Константин: Повелитель тьмы» или «Дом восковых фигур». Ох и страшно же было! Жуть просто. Но мы так гордились тем, что нам разрешали этим заниматься! Хотя родители Игоря (его я зову по-простому Гарик, так как волосы у него пепельно-серые, как и глаза, но что Игоря называть Гариком – это практика вполне нормальная, я и не подозревал. Куда уж мне, во втором-то классе) точно и не знали, что именно мы смотрим.