Потерявшие солнце

Сквозь мечты пробивались распеваемые на два голоса обрывки фраз:

«Чистое раскрытие…»

«Информация Тортюхина…»

«Хватит играть в детектива…»

Он вздохнул и снова уставился в застекленное мокрое небо.

В версию Миномета он не верил никогда. Даже в самом начале, когда любимый опер Матросова, вечно загадочный и очень важный Сергей Тортюхин из группы по «заказухам», принес информацию, что Алексей Пушкарев по кличке Миномет, боец из группировки Боба Новокузнецкого, является непосредственным исполнителем бойни на «Кораблях».

Совершенно не убеждал Антона мотив убийства по версии Тортюхина, заключающийся в том, что Миномет вложил свои заработанные честным бандитизмом баксы в финансовую пирамиду Кардавы и, оказавшись у разбитого корыта, сильно обиделся и решил поквитаться. Руоповцы же просто оказались не в том месте и не в то время. Последнее было единственное, с чем Антон соглашался. Что же касалось остального, то ему было абсолютно неясно, зачем Миномету при таком раскладе убивать Кардаву, когда нужно вышибать из него деньги. Кроме того, имелась другая тонкость: «крышей» Кардавы в его «бизнесе» являлась именно группировка Боба, в которую входил Пушкарев. И именно к ним, по общему мнению наиболее информированных кругов из числа населения города, перекочевали собранные Кардавой у доверчивых вкладчиков деньги. Все это было непонятно, но до опознания являлось лирикой. Когда же Антону показали видеозапись с изображением Пушкарева, он окончательно утвердился во мнении, что блестящая версия – полная туфта. Пушкарев был ростом с него, коренастый, плотный, с круглым дебильным лицом. На Худого он был похож, как Тайсон на Шварценеггера. Кроме этого на опознании выяснилась еще одна пикантная деталь. На вопрос Антона: почему ему не представляют Пушкарева вживую, следователь горпрокуратуры с замечательной фамилией Суков разъяснил, что такой возможности нет, так как через неделю после перестрелки на «Кораблях» Леша был убит в пьяной драке с молодыми «ефремовскими» бойцами в широко известном кафе «Полночь». Провал опознания не обескуражил группу 22-го отдела. Через неделю Суков сообщил Антону, что готовит дело к прекращению за смертью обвиняемого.

– Девочки его опознали, что во дворе играли, – бодро говорил он. – Да еще его палец в комнате нашли, прямо на телевизоре отпечаток. А ты нервничал, видел плохо, ранили тебя опять же. Сам понимаешь…

Антон прекрасно понимал, о чем он говорит, но заставлял себя не раздражаться. Крыть было нечем.