Стеклянное солнце

Семь человек, а именно столько помещалось в автомобиль, ушибались, бились о перекладины автомобиля, но ни на секунду не сбавляли пьяного крика. Кто-то из них уже разделся, предвкушая теплоту озерной воды, а кто-то стал прямо на ходу распаковывать очередную бутылку пива.

Молодежь пролетала через все, что попадалось на дороге. Лежащие деревья, испуганные лесные жители, огромные лужи, похожие на портал в ад – никогда не знаешь, что там на дне.

Их УАЗ оставался словно маленькой крепостью веселья среди летнего умиротворения и размеренности.

Повседневные дела кроликов, зайцев, белок и дятлов отложились на мгновенье из-за проезжавших поблизости визжащих людей. Если бы животные имели речь, они бы непременно поворчали на отмороженную человеческую молодежь.

Минут через 10 автомобиль выскочил на небольшую полянку, за которой тихой гладью блестела вода. В ней задорно плескалась рыба и шуршали оводы. Все, что могла предложить сейчас природа, находилось прямо здесь.

Машина нехотя остановилась и заглохла на время.

Все, кто в ней находился, выскочили наружу и с криками побежали в воду. На берегу остался только один человек.

– Москвич, тикай в воду, гадина! – Орали ему с берега.

Человек на берегу лишь показал в ответ средний палец и стал доставать мясо.

Его тело было усеяно различными татуировками. Они испещряли даже лицо. Ими залеплялись большеватые уши. Все бы ничего, если бы не приглядывались местные рыбаки, которые сидели в полусотне метров от приехавших на краю полянки.

На груди во весь рост смотрел выколотый точный портрет Гитлера, принимающего нацистское приветствие, прямо над его головой – чуть выше груди, поместилась повернутая свастика, заключенная в круг – символ солнца. На животе, там где начинался человек, так и не ставший художником, пушкой вперед повернулся "Тигр" – немецкий танк времен Второй Мировой.

Когда молодой, выбритый до армейской лысины человек повернулся к ним спиной, двое рыбаков разглядели и татуировки сзади.

На них ютились изображения трех человек различных рас. В самом центре стоял высокий, накачанный мужчина в немецком военном кителе, он держал на цепи двух других людей.

Тот, что справа, узкоглазый, явно символизировал монголоидов. Второй, слева, был накрашен темным. Негр, не иначе. Оба этих персонажа смотрели прямо на рыбаков. Жалость в их глазах передавалась прямо с кожи молодого человека и оживляла их, наделяя душой и рабской покорностью.