Стеклянное солнце

И решили, что каждого из вас надо проучить. Вы все гниды, предали себя же. Как можно так поступать, как можно восхвалять тирана!?

Хаки с ружьем вопил на них, обуздывая свой гнев. Его руки дрожали, готовясь нажать на курок. Но что-то мешало ему… Как бы не были противны ему эти люди, он не убийца.

– Ты ничтожество, если думаешь, что способен нами потакать! – Москвич поднялся и крикнул ему.

Напряжение в воздухе наросло настолько, что остальные участники этой маленькой театральной сцены вцепились друг в друга, боясь пошевелиться.

Все молодые люди находились в пьяном угаре, но осознавали всю опасность сложившегося положения. Любой из них может быть убит за одно только неправильное движение.

– А ты презираешь. Презираешь, паскуда, все, что вокруг тебя. – Изо рта рыбака с ружьем вылетали, как из трубы, слюни. – Да у меня дед ветеран, до Берлина дошел! Землю жрал, кровью захлебывался, чтобы такие пидорасы как ты жить могли.

Мужчина щелкнул затвором ружья и прицелился. В этот момент Георгий ринулся на него.

Последовал выстрел. Оба лежали вповалку на земле и боролись. Второй рыбак поспешил схватить оружие товарища, но его успел вырубить подоспевший Москвич.

Пуля ушла чуть выше на полметра и просвистела над головой Москвича. Казалось, что он даже бровью не повел. Настолько хладнокровны были его действия.

– Что ты делаешь? – Громко и надрывно спросила Василиса Москвича.

Брезгуя карабином, Мкад достал раскладной нож и нажал на кнопку. Показалось холодное и острое, как бритва, лезвие.

Все остальные пытались угомонить Москвича, но у них не получалось.

– Сейчас покушаем! – Взревел Москвич и подставил нож к щеке рыбака.

На одном лице отпечаталось звериное нутро и ярость, на втором маска звериного ужаса и смерти. Никто не смог отнять нож у Москвича, даже Власов не сумел ничего сделать. Все боялись, что Мкад в гневе зацепит и их.

Из леса дальними сигналами послышалась сирена. Метрах в трехстах от выезда на поляну показалась пара фар.

Слепил свет всем в глаза. Москвич, равно как и остальные, сразу сообразил, что происходит. Отрезвляющий эффект заставил всех одеться, а Москвича спрятать нож за пазуху. В глазах у рыбаков замаячила хлипкая, но неубиваемая надежда, что они будут спасены, и эти фары – помощь им от бога.

– Господи Иисусе, я знал, что меня не оставят. – Прошептал светло-желтый.

Через полминуты на полянку заехал еще один УАЗ, на этот раз закрытый.