Спасти ЧАЭС: 1987. Книга 7

Рядом с машинами стояли несколько хорошо экипированных и вооруженных бойцов. Сразу видно, что это не солдаты срочной службы – возраст уже не тот. Каждый был прекрасно подготовлен. А как иначе, в спецназ ГРУ кого попало не берут.

– По машинам! – скомандовал Ветров, забираясь в кабину головной машины.

Мы с Нагибиным и еще парой бойцов загрузились в пикап. Тронулись в путь. Двигались быстро. Дорога шла через горную местность, и поднятой от машин пыли здесь было куда меньше. Воздух был сухой, отчего в носу постоянно присутствовало неприятное ощущение.

Песок скрипел на зубах.

– Вода есть? – спросил я у бойца рядом. Заметил, что погон у них не было. Еще одна особенность. Определенно, все в звании не ниже прапорщика.

Тот кивнул и протянул мне флягу.

Внутри оказалась прохладная вода, с легким привкусом алюминия. И ничего страшного в этом нет, если ее не нагревать. Но даже тогда отнюдь не смертельно.

Слегка утолив жажду и прополоскав рот, вернул флягу обратно.

Из-за движения и шума ветра говорить было неудобно, да и честно говоря, не о чем.

Заводить себе здесь друзей я не собирался – ни к чему это.

Через двадцать минут прибыли на место. Дорога шла по низине ущелья, которое в прямой видимости было завалено камнями. Судя по всему, ранее здесь тоже могли ходить караваны, пока не случился обвал.

– Выгружаемся! – Ветров уже осматривал местность. – Так, вон ту тропу видите? Нам туда. Метров триста вперед, там наши.

– Эй, Леха! – окликнули меня.

Резко обернувшись, я увидел Серегу Нагибина со снайперской винтовкой Драгунова в руках.

– Умеешь управляться? – поинтересовался он.

– Разберусь, – улыбнулся я. – Это мне?

– Ты ж сам просил… Вот Ветров и распорядился.

Я с гордостью принял винтовку. Грациозная вещь, созданная гениальным конструктором, чтобы забирать жизни врагов… К счастью, у меня их пока не было!

Глава 4. Засада

Хорошая все-таки вещь «плетка».

Ее конструктор, Евгений Федорович Драгунов, постарался на славу.

Его детище с достоинством прошло половину военных конфликтов второй половины двадцатого века и начала двадцать первого.

Я повторно сдул с винтовки пыль, осмотрел оптику, затем вновь прильнул к прицелу. На горизонте – ничего.

Заняв удобную позицию за камнями и тщательно замаскировавшись, я уже не знал, чем себя занять. Лежал я тут уже минут пятьдесят, а ровным счетом, ничего не происходило. Ожидание затянулось.