Власть предназначений

Как же ты мог так промазать! Как! Роберто! Единственный момент в наших отношениях, когда я был по-настоящему на другой стороне баррикад. Футбол был моим предохранительным клапаном, в момент игры, болельщик не думал о Ней. Но золотую медаль бразильцев вернул Ей на шею, и Она не подвела, превратив её в медаль своих достижений.

В остальное время я думал только о Ней. Почти постоянно. И каждый день с утра я искал дорогу к её чувствам. И каждый день, страдая вечером, убивал себя фразой, что Она ничем мне не обязана.

А утром чуть дыша, я с нетерпением смотрел в окно, в ожидании Её легкой походки. А Она всё не шла и не шла. Как, почти всегда – опаздывала. Лёха, закадычный друг и сосед, уже давно позабыл меня, убежав на уроки. И вот Она идет в своей умопомрачительной желтой кофточке. И опять позади моего дома, в желании не встретиться со мной случайно во дворе. Слезы навернулись и высохли. Опять всё сначала. Новый день сурка. Цветы, стихи, портфели. Почти с нуля, но все же дальше чем вчера. Я очень высоко поднялся в эти школьные годы. Поднялся до рук. Я с упоением целовал Её мягкие, теплые, сладкие ладони. Чистые пальчики, белые запястья, свежие кисти рук. С упоением я дышал Её дивным запахом, не в силах оторваться. Ощущения Её рук у меня на лице были самыми потрясающими. Поцелуев Она больше не позволяла. Оставался тот один, пока самый первый и единственный. Отменное воспитание, безупречное.

Сегодня, мой друг, я чётко понимаю, что любил в Ней. Чем был пленён. Окруженная людьми, великолепными профессионалами своего дела, Она выглядит как божественно.

Дизайнеры, парикмахеры, массажисты, стилисты, инструкторы по фитнесу, косметологи, семья и просто любящие Её друзья, здорово стараются. Но тогда в моих глазах была совсем другая девушка. Мудрые родители, создавая Её, спрятали самые красивые в мире женщин прелести, под покровами одежды. Спрятали хорошо, надежно, от случайных похотливых взглядов равнодушных самцов. Какой же была Она тогда, когда ещё пряталась от моих пылких юношеских страстей. Ведь именно такой я Её и полюбил, и теперь, побеждая время, всматриваюсь в то самое родное, привлекательное лицо. В милую белую родинку на переносице, в аккуратный стройный нос с овальными розовыми, чуть слышно дышащими отверстиями. Все восхищаются сияющими жемчужинами Её широкой улыбки, путая в ней стоматолога. Но я влюблен в Её белых близнецов под нижней губой. Маленькие сорванцы толкаются, бранятся, дерутся за свои места.