Солдаты Далекой Империи

– Как ты… уж простите великодушно – вы… Как вы намерены это сделать? – осведомился одноглазый Карп.

Северский махнул рукой. Для него все было само собой разумеющимся.

– Убежден, что в наших силах одолеть двух полусонных увальней и одну «жестянку» на тонких ножках. Затем уйдем в пустыню. С собой захватим столько воды и провизии, сколько сможем унести. Или вы не русские? – спросил он, вперив колючий взгляд в Карпа. – Или вы, собаки, совсем обасурманились?!

– Ты, барин, тише ругайся грубыми словами! – проговорил Карп сквозь зубы.

 – Натурально думаешь, что пустыню можно пересечь, что ли?

– Я ведь все сказал, холоп ты бестолковый, – пески не могут тянуться бесконечно…

Перепалка набирала обороты. Я представил себе Северского, как он в роли Моисея ведет нас через нескончаемую пустыню. Тянутся безжизненные пески – верста за верстой, верста за верстой; ни травинки, ни живой души. И манна не сыплется нам с чужих небес..

– А если здесь нет ни рек, ни озер, ни морей? – Карп поглядел на Северского сверху вниз.

 – Ты, барин, можешь себе такое представить? Пустыня без конца и края! Весь мир – одна великая промозглая пустыня!

– Бежать нам нужно непременно, – встрял в разговор Гаврила. – Только сделать это требуется с умом. А что ты, доктор, думаешь? – толкнул он меня в бок.

– Что он может думать? – Северский скривил аристократическое лицо. – Без микстур и шприцев он беспомощен, как скопец на брачном ложе.

Я не скажу, что слова артиллериста «ранили в самое сердце», но мне очень не понравилось услышанное.

Как он смеет оскорблять в присутствии такого числа людей? Я было открыл рот, собираясь поставить зарвавшегося артиллериста на место, но за меня неожиданно вступились все.

– Доктор хотя бы не бьет баклуши, – заметил Карп.

– Да! Доктор готов помочь любому, о чем ни попроси, – поддержал одноглазого вожака один из его оборванцев.

– Наш доктор – хороший человек! – заговорили матросы разом. – Уважает нашего брата. Пусть скажет доктор! Доктор, говорите, не стесняйтесь!

Я прочистил горло.

Конкретного плана действий не было, но кое-какие мыслишки имелись.

– А если двинуть вдоль русла канала, но с внутренней стороны вала? Мы уже видели, что цилиндры не могут передвигаться по столь крутому склону.

– Ну и куда таким образом доберемся? – спросил Северский, скептически поджав губы. – В другой такой же лагерь? В новый плен?

– Вопрос в том, как быстро нас хватятся и какие силы бросят вдогонку, – сказал я.