Семь часов продажного хаоса в Турбогробинске

– Смотри, Шляпич, слезаешь с балкона, начинаешь с ним разговор о недооцененных современных художниках России – пока он тебя ест, мы уходим. Хороший план, Петрюнь?

– Да, неплохой, – не особо заинтересованно ответил Петрюня, поскольку вновь выглянул в окно с целью проведать ночного гостя.

Шляпич впервые с момента их встречи тоже подошел к проему и взглянул на зомби-бомжа. Теперь из глаз монстра вытекала белая пена, как при варке.

– Я не буду это комментировать…

Шляпич отодвинулся от рамы и тут же упал на пол.

Петрюня рефлективно захотел посмотреть, что уронило его друга, но ему попросту не хватило на это времени. В следующее мгновение прямо на глазах Петрюни на голову зомби-бомжу свалилась плазменная панель знаменитой голландской марки. Существу размозжило башню, и умирало оно с истошными воплями, а рядом с Петрюней стоял Серега.

– Ты че творишь, придурок?! Это же мой телик! – возмутился Петрюня.

– Если здесь уже появились зомби, – Серега начал его успокаивать, – то, поверь мне, после этой ночки ты сможешь достать телевизор покруче.

Это действительно успокоило Петрюню. Эдик встал с гамака и заценил убийственный труд Сереги: заместо головы у зомби-бомжа теперь был экран голландской плазмы. Все четверо беспрепятственно, без каких-то спонтанных оживаний кое-кого, смогли повиснуть на балконе и спрыгнуть со второго этажа. И даже Шляпич не возникал по поводу того, кто должен был делать это первым. Следующей точкой путешествия была берлога Сони.

Соня, 23 года от роду – это бывшая девушка Петрюни. Маленькая, симпатичная, вечно чем-то недовольная, настоящая человеконенавистница. Соня жила одна в районе для богачей и работала сиделкой с мелкими спиногрызами, тем самым добиваясь с помощью своего высокого интеллекта и апатичного состояния существенных денежных выплат от хозяев квартир. Отношения с Петрюней то ли отняли, то ли скрасили 3 года жизни для нее. Собственно, закончились отношения тоже дилеммой: она так и не смогла оторвать его от компании оболтусов, а он так и не смог решиться на прыжок в новый этап взросления.

Но само время, проведенное вместе, они считали сродни сказочной элевации, позаимствованной из прелестного искусства балета.

Путь к дому Сони занимал около 10 минут, но это если не кривляться и буянить, как Эдик. Например, проходя мимо свалки запчастей, которая возникла на месте недостроя, он внезапно стал кидать на территорию за забором мелкие камни.