Зашифрованный план (сборник)

Какой подарок… За все мои муки!

– Чертовски хорошо! – И я лезу в сени.

– Что хорошо? – удивляется девушка и смущенно уступает мне дорогу.

– То, что я вас отыскал. У меня письмо от Анисьи Петровны.

– От какой Анисьи Петровны? – вдруг пугается она.

Никогда я не видел, чтобы тени и свет, в мгновенной смене, так быстро пробежали по человеческому лицу…

– С приисков, – договариваю я.

Она делает резкое движение.

– Дайте сюда. Или нет… идите в комнату!

Мы быстро идем мимо кухни. В полутьме коридора она крепко держит меня за рукав, точно боится, что я вырвусь и убегу.

В комнате я молча сажусь на стул и жду, как был, в полушубке, не снимая ушастой шапки.

Она у окошка читает письмо. Перепрыгивают голубые глаза по ступенькам строчек. Взмахнут козырьком пушистых ресниц и перепрыгнут… Чуть дрожит подбородок. Колеблются листки письма в тонких пальцах.

Тикают часы. Торжественная тишина.

На стене портрет Ильича. Висит расписание занятий. Яркий физкультурный плакат. Веер открыток – артисты в разных позах.

– Ах, как чудно! – восклицает девушка и роняет письмо.

Глаза ее блестят. В прыжок она подлетает ко мне и трясет за плечи:

– Ну снимайте же! Ну снимайте же свою шубу. Хороший мой гость!

– Вот какая Ирина Макарова, – с удовольствием говорю себе…

– Удачно же вы пришли! – ликует она. – У нас никого, и день выходной. Солнце мое, тетя Аниса!.

Ирина не знает, как выразить свои чувства. То уронит голову и трясет густыми, стрижеными волосами, то встрепенется и бьет в ладоши.

– Вы, наверное, хотите есть? – вдруг решает она и вскакивает, но тут же садится опять. – Нет, я буду совсем серьезной. А то вы не знаю что вообразите обо мне!

Она полна самой неподдельной искренности. Я любуюсь девушкой и горд за наших, за прииск, откуда она пришла.

– Ах, если бы я могла вам помочь! – загорается снова Ирина получасом позже.

На меня она смотрит, как мне кажется, почти с благоговением.

– Мы должны отыскать тетрадку! – настаиваю я. – И тогда план разведки превратится в громадную ценность!

– Постойте, – прерывает она, когда я упоминаю о Максакове, и хватает меня за руку: – Он смуглый, толстый, похож на цыгана?

– Ну да!

– Я знаю его! Он не раз приходил к Грингофу! Мне кажется, что Грингоф боялся его…

Из бега коротких слов ее я многое узнаю.