Зашифрованный план (сборник)

И все!

Я окончательно прикидываю – да, все в порядке! База есть. Я победил. И беспаспортность свою, и перспективу длинной, бесприютной ленинградской ночи, и таинственных преследователей…

11

В темной внутренней комнате затапливаем камин. Он слишком широк для нескольких сиротливых поленьев, слишком богат для всей обстановки – с фигурным узором решетки, с мраморными крыльями закоптелой облицовки.

Мы сидим перед камином на полу, на мягком ворохе газет: подошвы к огню и пальцы к огню.

– Не забуду я этого дня, – мечтательно говорит Ирина и смотрит на пламя.

– И отыщем, если не помешают!

– Кто помешает? – вспыхивает она. – Максаков? Пусть только встретится… Я узнаю его из тысячи!

Горячая ее головка никак не мирится с возможностью моего ареста. А я намекал на это.

– Да вы понимаете, что, похитив план Буринды, я нарушил закон?

– Не для себя вы похитили! И нет такого у нас закона, который был бы на пользу классовому врагу!

Вот и поговорите вы с ней!

– Идемте продолжать, – обиженно встает Ирина.

Мы работаем долго.

Я замечаю, что чем более я устаю, тем сильнее мне мешают книги. Тогда нужны усилия, чтобы стряхнуть их странное колдование.

Они интригуют содержанием, пленяют форматами, отвлекают красотой рисунков.

Здесь и томики путешествий, мелкие, как молитвенники, и огромные атласы старых времен. Изображения людей, напоенные мистикой Средневековья, фигуры, которых страшатся дети.

– Владимир Сергеевич, идите сюда! – звонко выкрикивает Ирина.

С улыбкой, молча, она открывает передо мною страницу.

Знакомый штамп! Опять «Розенфельд», опять его многоговорящая печать…

– И здесь! – Наугад я вытаскиваю книгу.

– Да вся полка! – вскрикивает Ирина. – Мы нашли рудаковскую библиотеку!..

Дверь давно уже гремит от настойчивого стука. Появляется сторож.

– Время кончать, товарищи! – командует он. – Сейчас запечатаю двери.

Черт побери, придется кончать, когда начинается самое интересное!

12

Мы стоим на улице и ждем трамвая.

– Я не смогу с вами завтра работать. У меня с утра занятия. А вечером во дворце литераторов я выступаю в драмсекции. Вот бы пришли! Я была бы так рада…

Я даю ей номер докторского телефона. На всякий случай.

Я обедал в столовой. Чай пил в кафе. Вообще – старался разнообразить время.

На квартиру к себе я решил не ходить.