Внук Донского

Парень немного побледнел и обиженно высказал:

– Почто мя хулишь[254 - Хулити – унижать, оскорблять, порицать.]?

Что он там подумал? Может он как собака по тональности ощущает значение слов? Однако оно вполне может оказаться похожим на чего-то для меня неожиданное. Не стал выяснять, миролюбиво намекнул, что слово это греческое и означает принесение себя в жертву. Паренёк моментально удовлетворился моим объяснением и рассказал о причине странного желания:

– Продам ся и отича изокуповлю.

– Выяснить надо про отца всё сначала, а потом уже продаваться, – предложил я.

 – А сам во сколько себя оценишь?

Пацан задумался, шевеля губами и изрек:

– На два рубля и три десятков деньгов сладилися бы.

– Да ты на десяток рублей сгодишься! – решил подколоть его.

– Ино правда есть! – заблестел глазами пацан и решил сделать мне сомнительный комплимент. – А тя, аще учревити[255 - Учревити – раскормить.], за рубль с полтиной продати леть, ино лишче.

– А чего так мало? – полезла из меня обида.

– Плоть здрава, кости и зубья целы, союзны. Се ладом[256 - Ладом – хорошо, как следует.] есть. А руце[257 - Руце – две руки.] теи белы, малотяжны. Се худо есть. Дельма утех ты негож, бо ут и сечен еси, поне уд тей прост и сомерен, – обрисовал меня Тюха.

Ишь, какой деловой! Углядел все детали. Блин, как лицо моё полыхнуло. Руки сами потянули вниз холстину. Матюгнулся от неожиданности и смущения.

– Не буеслови[258 - Буесловити – говорить срамно.

], Митко? – возмутился рыбачок. – Несть боголепно сие.

Ещё один воцерковлённый по самое не могу деятель на мою голову свалился. Весьма кстати подплывали к берегу. Показав, куда рулить, выпрыгнул из ялика на берег за своей одеждой, придерживая на бёдрах холстину.

В зоне видимости от моих кустиков метров в ста намечалась драка. Группа подростков приставала к знакомому мне младшему музыканту, сопцу. Интересно, где же его сотоварищ? По всему выходило, что местная пацанва соблазнилась сегодняшним невеликим гонораром музыкантов.

Успел натянуть только штаны и босиком помчался к мальцу на помощь. Противники, численностью в пять морд, показались слишком рослыми, чтобы мне с ними со всеми справиться. Манерой держаться они явно косили под «основных на районе». Придётся как-то с ними решать дела миром, или не уйти тогда отсюда без попорченной шкуры.

– Здорово, ребята! – радостно поприветствовал хмуро взирающих на меня подростков.