Падение Флавиев

Проверим, нет ли там яда, – приказал все еще стоящий Цезарь рабам и, когда те исполнили, продолжил: – Хотим выпить за человека, который спас нам жизнь четырнадцать лет назад. Если бы не он, сейчас нас не было бы на свете. Мы живы только благодаря ему.

Кубки быстро опустошились, и все возлегли.

– Мой господин, – заулыбался старик, – тебя спас не я, а боги. Юпитер захотел, чтобы ты жил. Мне как-то предсказал оракул по имени Асклетарион, что я спасу будущего императора от смерти.

– Он жив еще?

– Да, мой владыка.

Его все знают.

– Продолжай. Что он еще предсказывал?

– Сказал, что за спасенную кровь надо платить кровью. Правда, он это не пояснил.

– Это значит, что будет угрожать опасность тебе, – вмешался Нерва, вновь наливая вино, но уже сам, своей рукой. – Смерть.

– Боги накажут меня за то, что я спас нашего императора? – фыркнул старик. – Да я готов умереть хоть сейчас.

– Послушай нас! – обратился к нему Домициан. – Пока мы живы, никто тебе не навредит, никто не обидит. Ты можешь даже жить во дворце, как полноценный его обитатель.

То, что ты сделал для нас, невозможно оплатить даже всеми сокровищами мира.

– Повелитель мой! – усмехнулся пожилой гость.

– А теперь мы бы хотели, чтобы ты вспомнил события четырнадцатилетней давности и рассказал всем присутствующим, а это самые близкие нам люди, все подробности, если помнишь, конечно. Тем более здесь присутствуют сын и внук погибшего тогда нашего дяди, префекта Рима, Тита Флавия Сабина.

– Обижаешь, повелитель.

Я все помню до мелочей и многим рассказываю эту историю. С удовольствием расскажу и вам. Но начну с того, что было ранее, что мне рассказывали, что узнавал, что слышал, а вы мне скажете, ложь все это или нет.

– Мы дополним, если что. Тем более нам очень интересно, что говорят в народе об этом.

– Событием, предшествующим гражданской войне, было, безусловно, самоубийство императора Нерона. Пожар, падение экономики из-за восстановления Рима и строительство Золотого дворца Нерона привели к тому, что восстали провинции из-за высоких налогов.

Легионы наместника Тарраконской Испании Гальбы объявили его императором и двинулись на Рим. По дороге все провинции присягали ему на верность. Римский сенат, который вначале объявил врагом Рима Гальбу, вскоре передумал, когда посчитал, что Нерон более никому не выгоден. Даже самый преданный Нерону префект преторианцев Тигеллин встал на сторону Гальбы, тем самым подписав смертный приговор законному императору.