Машинист паровоза-призрака

Первая партия сырников моментально исчезла с тарелок – быстро подоспела следующая.

– Вы жуйте как следует, – засмеялась бабушка. – Это не конкурс на скорость.

– Слишком вкусно, – оправдался дядя Витя. На кончиках его усов белела сметана.

– Обжора, – сказала бабушка, а Даня хихикнул.

– Как вы познакомились? – спросил он, сделав глоток горячего какао.

– Мы в одной школе учились, – сообщил дядя Витя. – Я в твою бабушку с пятого класса был влюблен.

– А рюкзак помочь нести ни разу не предложил, – посетовала бабушка.

– Слишком стеснительным был. Потом жалел.

– Я переехала в другой город, судьба развела…

– И вот снова свела. Благодаря Интернету.

– Круто! – сказал Даня. Он доел и вызвался помыть тарелки. Представлял, как бабушка и дядя Витя выглядели в пятом классе. Однако у юного дяди Вити все равно почему-то были седые усы.

– Чем займешься сегодня? – спросила бабушка. – Может, городок наш посмотришь? Тихо у нас и чудесно.

– Я так и планировал. – Даня подошел к окну.

Дядя Витя тоже посмотрел в окно. На секунду Дане показалось, что он сейчас скажет: «Какой еще паровоз? Нет на площади паровозов, у тебя крыша поехала».

Но он воскликнул:

– А это легенда наша!

– Виктору Леонтьевичу только дай про поезда потрещать, – сказала бабушка. – Потом не отцепится. Он со школы такой.

– Ревнует, – хихикнул дядя Витя. – А пойдем, Данил, прогуляемся. Грех по такой погоде в норе сидеть. Тем более сырники закончились.

– Идите-идите, – кивнула бабушка. – Сырниковые маньяки!

При дневном свете площадь снова выглядела приветливо и безопасно. Вдоль газонов прогуливались пешеходы. Бородач в тельняшке, вылитый моряк, расставлял зонты на летней террасе «Орландины». У валуна, устроившись прямо на бордюре, читал книжку очень серьезный мальчик с волосами до плеч. Заметив дядю Витю, он помахал ему рукой и с интересом посмотрел на Даню.

– Привет, Валик! – крикнул дядя Витя и пояснил для Дани: – Валик Румянцев, сын моего товарища.

– Да так, – ответил Даня неопределенно. Он моментально забыл и про серьезного мальчика, и про солнце в безоблачном небе. Все его внимание поглотил паровоз.

Теперь Даня видел, что махина ну никак не могла приехать на площадь ночью и светить фонарем. Давно прошли времена, когда она куда-то ездила и чем-то светила, да и рельсов перед зданием вокзала не было.