Пиковая Дама

Что мальчик ее вызвал, и она его преследовала… волосы остригала.

У Антона скрутило кишки. Слайдом полыхнуло в голове: подушка, на ней обрезанный локон Ани.

– Парнишка умер. Наглотался средства для прочистки труб.

– И ты все равно решила вызвать ее? – Антон сжал кулаки. Царапина запекла. – Умно, ничего не скажешь.

– Я не поверила. Кто бы поверил в такое? А ночью она стригла меня. – Катя помассировала затылок. – Утром я нагуглила тот пост. Это копипаста…

– Что?

– Копия другого, более старого поста. Короче, я нашла первоисточник.

Заметка трехлетней давности в ЖЖ. Парень, оказалось, был из нашего города. Я и имя пробила, и аккаунт. В друзьях была девушка с такой же фамилией: у нее на странице – номер телефона. Девушка не появлялась онлайн с шестнадцатого года, но я позвонила, и она ответила. Сестра того мальчика. Она готова встретиться.

– Хорошо. – Антон склонился над планшетом. – Hanter1971 – это ваш Экзорцист?

– Наверное…

– Пишет: «В большинстве случаев она не опасна».

– Ну-ну…

– «Только пугает».

«Наблюдайте, избегая отражающих поверхностей»… Он вроде в Сети?

– Разреши… Да, в Сети.

– Так-с.

Антон застучал по виртуальной клавиатуре.

«Вы здесь?»

Ответ пришел моментально. Будто Hanter1971 ждал.

«Что случилось, Саша?»

– Это же скайп, – сказала Катя. – Вон иконка видеозвонка.

– Точно… чайник…

Гаджет запиликал, и экран стал оконцем, ведущим в заставленный книжными стеллажами кабинет. Полутьма скрадывала лицо сидящего за столом мужчины так тщательно, будто над этим эффектом поработали профессиональные осветители.

– Он меня слышит? – спросил Антон.

– Слышу-слышу. – Голос глубокий, поставленный.

– Это вы… Экзорцист?

За плечом мужчины щебетала заточенная в клетку канарейка.

– А вы кто?

– Как прогнать Пиковую Даму? – без экивоков поинтересовался Антон.

– Я Сашке рассказал. И больше, чем следовало.

– Где вы живете? – Злила эта теневая маска над воротом свитера. Тоже мне, таинственный Джокер из долбаной колоды… – Давайте я приеду и пообщаемся.

– Не выйдет.

– Люди гибнут.

Экзорцист остолбенел. Антон даже почувствовал парадоксальное злорадство.

– Саша не говорил, что кто-то погиб…

– Саша мертв.

Мужчина засуетился, завозился в кресле.

– Так дела не делаются. Был договор… Кто погибнет – я не участвую.

– Не участвуешь? – Антон вцепился в планшет так, что по экрану расползлись радужные кольца. – Моя дочь в беде!

– Извините. Извините.

Оконце потухло.