Мокрый мир

Небо на востоке окрасилось в светло-серые тона.

– Капитан!

Нэй задрал голову. Соленый ветер пощипывал чисто выбритые щеки.

– Вижу свет, капитан! – прокричал Сынок из вороньего гнезда.

Нэй поднялся на шканцы. Долго всматривался в густой туман, прежде чем различил неясный свет, похожий на красный свечной огонек, который то появлялся, то пропадал. Белесая, напоминающая пену дымка стерла горизонт: в ней заканчивалась вода и начиналось небо.

– К повороту приготовиться! – крикнул Нэй матросам, и те бросились брасопить рей.

Подчиняясь мысленной команде капитана, голем повернул румпель.

Судно взяло курс на красные вспышки маячной башни. Свет загорался и гас.

Через час вышли из тумана и увидели остров. Он приближался, обретая форму и теряя сходство с мертвым кракеном. Бурлящие волны омывали шершавые слоистые скалы и мшистые обрывы, вливались в зубастые гроты.

Красный маяк мигал. Потом он потух и больше не загорался.

«Каллен» обогнул мыс и, следуя створным знакам, вошел в каменную бухту.

Косматый маяк ввели в строй три года назад. Пятидесятифутовый колосс навевал мысли о безбрежном одиночестве, пробирающем до кишок холоде и ежедневной рутине: чистке отражателей и фитилей, замене масла в лампах. «Тоскливо им там…» Нэй отряхнулся от слов Литы.

А она была тут как тут.

– Я с Томасом почирикала. Ты знал, что прошлый смотритель не выдержал и двух месяцев? Начал слышать голоса. А потом пропал.

– Кому он рассказал о голосах, если пропал?

– Томас говорит, что его забрали водяные эльфы.

– Значит, скоро вернется. Синенький, мертвенький.

– Фу таким быть. Это не смешно!

Судно стало на рейд вдали от берега. Ни причала, ни песчаной косы – камни, камни, камни.

Волосы Литы развевались на ветру.

– Поплывешь со мной, – сказал Нэй.

– Не оставишь меня с мальчиками?

Спустили шлюпку. Нэй скинул веревочный трап и повернулся к Лите:

– После тебя.

– Боишься не сдержаться и заглянуть ко мне под юбку?

Нэй криво улыбнулся.

– Ты в брюках.

Лита захохотала – корабельный колокол, в который набилась тина, – и проворно спустилась по лестнице.

– Только ты и я? Так волнительно.

Нэй молча спустился следом, оттолкнулся от когга и сел за весла.

– И правда косматый. – Лита смотрела на мыс. – Это что, мох?

– Древесный волос.

Тонкие серо-голубые пряди обвивали башню от основания до красного глаза, сейчас закрытого, слепого.