Записки бывшего афериста, или Витязь в еврейской шкуре. Том 4

Потом мы как-то увидели Толика в Мазерати. Остолбенели.

– Неужто Анатоль на промыслового лоха напал?

– Не к добру это.

– И не говори.

Историю Толикова обогащения я случайно узнал гораздо позже. От знакомого бандита.

Это была эпическая эпопея. Толик собрал бабла с пяти основных московских бригад на закупку французских сигарет «Житан» и «Голуа». Брехал, что у него двоюродный дядя по материнской линии- председатель совета директоров компании «SEITA»

Сработало тут то, что братве в голову не пришло, что кто-то в здравом уме может их банально кинуть.

Этот народ мог человека прибить и за сотку бакинских. Толик насобирал с босяков 4 миллиона.

Четыре, сука, миллиона долларов!

И деньги моментально рассосались в межъящичном пространстве. Был у Толика такой дар- финансовой черной дыры.

Толика отловили довольно быстро. Привезли в пытошную избу. И охренели.

Ибо собралось их 20 рыл. От всех кланов и семейств. Даже околпаченные ассирийцы приперлись.

Сначала они «долго бранились и корили его» за сребролюбие. Потом собирались приступить к телесным воздействиям, но тут до всех дошел весь комизм ситуации.

Его же нельзя трогать! Ибо тот, кто Толика уконтрапупит, автоматически становится должником остальных. Поначалу надеялись на горячий нрав ассирийцев, но те тоже оказались не пальцем деланные. В общем, на Толика только накричали. Слюнями забрызгав. И все.

Сели думать-что делать.

Отпускать нельзя.

– Может, это ментовская прокладка? Прикиньте, если сейчас тут бомба рванет, все-пиздец криминалу в столице!

Нард юмора не понял и ломанулся на воздуся.

Там все нервно закурили.

Общим разумом решили отправить Анатоля в Питер. Окормлять тамошние пажити. С ним снарядили гонцов, что бы нажитое не пустилось по ветру.

Но увы. Толик пропал. Гонцы тоже. Слыхал, что питерская босота тоже купилась на толиковы бредни, но, осознав себя терпилами, выключила мозг и закопала Толю в лесу.

Правда, слышал и версию, что Толик теперь, как неразменный пятак, путешествует по городам и весям, обращая авуары в мемуары.

Всяко возможно. Лох, как известно, не мамонт-не вымрет никогда.

Искусство легких касаний

В конце 90х к нам пожаловал Садко, богатый гость. Правда, не Садко. И не особо богатый. Но пожаловал. Алекс его звали. Реэкспортный киевский аид с Брайтоновки.