Политолог из ток-шоу

Но наука под тип географии – прикладная, эмпирическая. А то, что вы там на телевидении изображаете это теория. Упрощенная теория, до уровня плинтуса упрощенная. Берете многократным повторением.

– Ты не прав, – слегка оскорбился Боб. – Бывают вполне себе нормальные дебаты.

– Дебаты? Говорят, в споре рождается истина. А в этих дебатах истина гибнет. Доказываю на примере песни, а из песни слов не выкинешь, посему пардон за мой французский, – Эндерс щелкнул пальцами и с серьезным видом заговорил. – Берем тезис. Любит наш народ всякое говно, сказала правящая партия.

Любит наш народ всякое говно, поэтому победа и космос, завили коммунисты. Любит наш народ всякое говно, а надо не всякое, блеют либералы. Любит наш народ всякое говно, и не надо тут блажить из-за океана, отрезали чиновники. Любит наш народ всякое говно истори-ически, протянула творческая интеллигенция. Любит ваш народ всякое говно, отмахнулся бизнес. Любит наш народ всякое говно, но почему, задумались ученые. Любит наш народ всякое говно, а у них индейцев истребили, возмутились патриоты. И так далее. – Эндерс слегка улыбнулся. – И все восприняли за истину, и любят это самое. Или не любят, но это не важно. Факт в том, что явление вошло в жизнь, но, как это и бывает, от многократного повторения первоначальный смысл слова «говно» совершенно потерялся.

– А слово «народ»? Не утратило смысл?

– Отчасти утратило… А никто не знает, что такое народ! – воскликнул Сергей. – Особенно те, кто о нем со знанием дела рассуждает. Началось с богоплута уважаемого Достоевского, который размышлял о народе, сделал ряд обобщений.

Это и стало основой для единой теории о русском народе, который, по мнению адептов учения, является уникальнейшим явлением антропосферы с неповторимыми свойствами. Далее, в основу учения была положена максима «Каждый кулик свое болото», и различного рода идеологи постулировали особость русского народа, выводя ее то из истории, то опираясь на социологию, то создавая собственное, как Данилевский, не помню имя-отчество. Эти замечательные мыслители мыслят, а народ не при делах, народ в стороне. Кого они там изучали? От фонаря придумали себе необъяснимость русской души – бездна! Пустота какая-то. Зачем? Да и было это уж очень, очень давно. Сегодня тоже: сидит такой философ, – Эндерс показал под стол, где, по его мнению, сидит такой философ. – Говорит, мол, нашему народу присуще то да сё, а сам всю жизнь прожил в элитном доме, элитно жрал, так как происходил из элитной семьи.