Политолог из ток-шоу

 – Ты же еще подумаешь? – не дождавшись ответа, она вдруг схватила в кулачек риса со стола и размазала по губам.

Артур хладнокровно молчал.

– Понятно, – Боб врезался ногтями себе в щеку. – Это, действительно, стоящая профессия. Давно такое решение? – Артур покрутил кистью руки, что означало не так давно, но и не вчера. – Что ж. Ясно. А я дурак разные знакомства поддерживаю среди профессуры. Но раз не надо – проще, – Боб покашлял. – С другой стороны, ну а что? Это же благородно – лечить животных. Благородных животных можно лечить, – Боб обращался теперь к жене.

 – Это же тигры, львы, орлы…. Это и любопытно! А в мире людей что интересного? Гнилуха одна. А тут и перспективы могут быть блестящие. Я слышал, есть европейского уровня ветеринары, они только и переезжают из Лондона в Париж через Рим. Консультации дают за приличные деньги. Лекции читают в престижных университетах.

– Я тоже слышала, – расцвела Лора. – Это целая наука. И спокойней, чем эта биржевая суета: там купить, здесь продать, а клиент все равно не доволен….

Зверь и не предаст никогда, не то, что люди. Животные они надежные, искать их не надо, они тебе не будут сбрасывать – «я за рулем не могу говорить». Фауна – прекрасна, что говорить? Если этим глубоко заниматься, то это и не ветеринар….

– Зоология, да, – подсказал Боб. – Важнейшая часть биологии. А биология – дело престижное. Видел я в гостинице биологический симпозиум, так там и пресса, и журналисты, и телевидение. Ярко. Так что молодец, Артур. Куда будем поступать? Давай уже заранее прикидывать, биологический? Я справки наведу, найдем нужных людей.

Какой ВУЗ?

Артур отпил остывшего чая, повозил пиалу по поверхности стола.

– Дело в том, что я поступать не слишком тороплюсь. После школы планирую поработать, жизнь посмотреть. А там, возможно, армия.

Боб ударил лбом в столешницу, потом судорожно хихикая начал биться в нее. Окончив представление, сказал сдавленным голосом:

– Ты меня сегодня доконать хочешь? До инфаркта довести?! Лор, поговори сама, я больше не могу, – встал, ушел, тотчас вернулся.

 – Какая армия, Артур. Да даже в мирное время это дело люмпенов, а сейчас тревожно.

– Не без твоих скромных заслуг, не так ли? – прищурился Артур.

– А я что? Я не военачальник. Ну, хорошо! Да в определенных настроениях я отчасти виноват. Но дело-то не в этом, – он положил Артуру руку на плечо. – Ты талантливый ребенок. То есть, талантливый человек. С твоей памятью, с твоей логикой можешь много достичь.