Восьмой Лист

 – Этот парнишка – дурачок. Это и ученики говорили, да и Чогей его где-то уже видел. Дай лучше я попробую. Эй, разносчик, ты меня слышишь?

Я поднял голову, откинув назад свисающие грязные волосы. Да уж, неудобно. Все местные носили косы, что мужчины, что женщины, но у меня была только спутанная грязная грива отросших ниже лопаток волос, явно давно не мытых. Во время драки они будут мешать.

Я кивнул, дав понять, что все слышу.

– Если ты побьешь вон того мальчишку, я дам тебе серебряную монету. Это в десять раз больше того, что ты зарабатываешь за месяц.

Согласен?

Ну еще бы. Деньги – хороший стимул, особенно в моем положении. Бесплатно пусть сам дерется, если хочет. А деньги мне сейчас ой как понадобятся. Неизвестно, сколько стоит прожить в этом мире, а бесплатно и на Земле никому ничего не достается. Я оторвал кусок ткани от своей дерюги и перевязал им волосы на затылке, чтобы не лезли в глаза. Свои самодельные гэта я тоже скинул, оставшись босиком. Так оно надежнее. Площадка-то земляная, утрамбованная ногами учеников до состояния камня и присыпанная сверху тонким слоем песка.

Голая ступня во время драки будет предпочтительнее, чем даже самая удобная обувь.

– Похоже, согласен, – удовлетворенно хмыкнул Ширу. – Что ж, вперед. Бой до потери сознания или сдачи противника. Можешь применять любые приемы и удары, никаких ограничений нет.

Вот даже как. Жесткая у них тут школа. Или этот мастер Ширу настолько уверен в своих учениках? Ну, это мы сейчас посмотрим.

Я еще раз «прозвонил» организм, пытаясь понять, насколько его хватит. Да уж… боюсь, что ненадолго. О борьбе придется забыть, она требует чисто физической силы, а как раз ее-то у меня – как у котенка. Придется тратить по возможности минимум энергии. И это только в том случае, если мое предположение сработает. Ударка – дело хорошее, но и ей есть что противопоставить. Сейчас не стоит драться насмерть, это все-таки тренировочная площадка, а не поле боя, и надеюсь, что кое-чем смогу удивить своих соперников. Я пару раз глубоко вдохнул прохладный свежий воздух, насыщая кровь кислородом, и зашагал к центру площадки, где меня поджидал противник.

– Румис, отделай хорошенько этого оборванца! – раздался за спиной голос Четвертого Листа. – И можешь не сдерживаться!

– Слушаюсь, учитель, – ломающимся баском ответил парень, снисходительно поглядывая на меня с высоты своего роста, похрустывая суставами пальцев. Я только хмыкнул про себя.